Мисс Марпл

Большую часть вечера я провожу в баре Скотти с друзьями из мелких буржуа. Этого достаточно?

– Я хотел бы знать правду, мистер Крекенторп.

Седрик даже привстал.

– Знаете, инспектор, ваше замечание звучит более чем угрожающе.

– Не думаю. Вы мне сказали, мистер Крекенторп, что вылетели с Ибицы 21 декабря и прибыли в Англию в тот же день?

– Так и было, Эмма! Где ты, Эмма?

Эмма Крекенторп вошла в библиотеку из боковой двери, соединявшей кабинет с будуаром. Она вопрошающе переводила взгляд то на Седрика, то на инспектора.

– Послушай, Эм. Я приехал в субботу перед Рождеством? И прямо из аэропорта?

– Да, – сказала Эмма удивленно. – Ты приехал перед обедом.

– Вот, пожалуйста, – сказал Седрик инспектору.

– Вы, очевидно, считаете нас за дураков, мистер Крекенторп, – сказал спокойно инспектор. – Вы же знаете, что мы все можем проверить. Я думаю, если вы покажете свой паспорт...

Он выжидающе замолчал.

– Не знаю, куда задевался этот проклятый паспорт, – засуетился Седрик. – Сегодня целое утро искал его, хотел переслать в контору Кука.

..

– Надеюсь, вы сумеете отыскать его, мистер Крекенторп. Но, вообще-то говоря, необязательно. В моих руках документы, в которых значится, что вы прибыли в Англию вечером 19 декабря. Может быть, теперь вы расскажете, где находились с этого времени до обеда 21 декабря, когда прибыли в этот дом?

Седрик позеленел от злости.

– Что за дьявольская жизнь настала! – воскликнул он гневно. – Все эти канцелярские штучки и заполнение дурацких бланков! Вот что происходит, когда в государстве царит бюрократия.

Больше уже нельзя делать то, что хочется, и ездить туда, куда нравится. Обязательно тебе зададут кучу вопросов. Но почему все-таки поднялся шум вокруг этого 20 декабря? Что в нем особенного, в этом дне?

– Мы думаем, что в этот день произошло убийство. Вы, конечно, можете отказаться отвечать на мои вопросы, но...

– Кто сказал, что я отказываюсь отвечать? Дайте хоть подумать. Когда проходило следствие, у вас было смутное представление о дате убийства.

Что нового произошло с тех пор?

Крэддок не ответил.

Седрик, многозначительно взглянув в сторону Эммы, предложил:

– Может быть, нам лучше пройти в другую комнату?

Эмма быстро спохватилась:

– Я вас оставлю здесь одних, – выходя из двери, она обернулась. – Знаешь, Седрик, все это очень серьезно. Если 20 декабря действительно день убийства, то тебе лучше всего подробно рассказать инспектору о том, что ты делал 20 декабря.

И она вышла, плотно закрыв за собою дверь.