Я спрыгнула со сцены и подошла к фортепиано.
– Так, руки поставь сюда, как я. Следи…"
"Та-та-та-та-та… Я постаралась повторить, но тут же запуталась и расхохоталась. До чего ж нелепо! Давид тоже рассмеялся.
– Нет же, вот так…
Он взял мою руку в свою, чтобы показать, на какие клавиши мне нужно нажать. Каждый раз, когда наши пальцы соприкасались, меня охватывало волнение. Голоса в фойе стали глуше, а потом и вовсе исчезли. Нас двоих словно окутал вакуум. Когда у меня получилось немного наиграть мелодию, я щекой почувствовала его улыбку.
– Так? – спросила я, повернувшись к Давиду лицом. Но вместо ответа Перов вдруг поцеловал меня в губы.
Я в смущении ойкнула и отпрянула в сторону. Хоть я и ожидала чего-то подобного, все равно растерялась.
– Извини, я нечаянно, – сказал Давид, коснувшись пальцами своих губ.
– Нечаянно поцеловал?
– Да, так получилось, – виновато улыбнулся он.
Он казался таким трогательным, что я рассмеялась.
– Мне домой надо, – сказала я.
– Родители потеряют?
Никто меня уже давно не терял, но я все-таки кивнула.
– Тогда я тебя провожу, – сказал Давид.
Мы вышли из школы, и Перов заботливо накинул мне на плечи свой бомбер. Давид как бы невзначай положил руку мне на плечо, и так мы отправились по почти пустынной улице в сторону моего дома, обнявшись. Я думала, что первая прогулка с Перовым станет для меня самым ярким и ожидаемым событием последнего времени. Однако постоянно ловила себя на мысли, что жду момента, когда мы расстанемся. А нашего поцелуя на прощание, который сейчас мне казался неизбежным, даже немного боялась.
По дороге мы болтали. Я старалась держаться непринужденно. Конечно, говорил больше Давид. Рассказывал о детстве, конкурсах, многочисленных наградах, участии в телевизионных проектах. О том, каких звезд Перов видел за кулисами, кто его хвалил и кто жал руку.
Матвей не появился.