– Он же нас всех, сука, заложил!
Танкист вздрогнул, затравленно оглянулся. Взгляд стал жестким. Губы дрогнули, но не произнесли ни слова."
"Послышался окрик охранника, приказывающий разойтись. Путаясь в цепях, пленные поспешили вернуться на протоптанную по кругу дорожку: кому охота получить прикладом по голове.
Солнце ушло за высокую стену крепости, и даже отблески его, заплутавшиеся в заснеженных горах, не попадали в оконце тюрьмы. Камера постепенно наполнялась сумерками, не принесшими ни малейшей прохлады.
Полуян сидел возле старшины и время от времени смачивал ему лоб водой, зачерпывая ее из глиняной миски. Днем Пушника в очередной раз таскали на допрос с пристрастием и принесли оттуда в беспамятстве.
Выркович подсел к сержанту, тихо спросил:
– Ну, как он?
– Плох, дальше некуда… Что там на воле? Добре сгулял?
– Танкист упал.
– Загинается хлопед. Негоже его оставлять в одиночестве.
– Моряк его поносил, как последнюю дворнягу. А Связист усомнился…
– Правильно. Нам кучней держаться надо. Последнее дело в плену к своим пристебаться.
– Ты, Ян, большой, сильный. Ты все выдержишь, а если меня начнут пытать…
– Авось пронесет. А Связист, похоже, парень крепкий и дорого бы дал за обратный ход. Такой может нам сгодиться.
– Для чего?
– На всякий случай, – ушел от ответа Полуян.
– А когда бежать будем, ночью?.. Ночью лучше!
– Фу ты, бисова душа! – возмутился Полуян. – Вин вже кошелку собрал!
– Значит, я угадал?
– Логично мыслишь, парубок, но язык твой без костей большие опасения вызывает.
– Товарищ сержант, – взмолился Выркович. – Я за вас голову прозаложу, не дрогну.
– Пусть будет по-твоему, – сказал Полуян неохотно. – Завтра постарайся войти в контакт с афганцами, ну, с теми, что за решеткой.
– Зачем они нам?
– А кто с местным населением будет балакать?.
– Если вы его знаете, может, он вам больше доверится? – опасливо спросил Выркович. Он уже пожалел, что втянулся в историю.
– Дюже габаритный я, внимание привлекаю. А ты ще пацан, подойдешь незаметно. Передашь Акару от Мишки привет и постарайся получить ответ. Сдается мне, афганец русский знает.
– Сделаю, как велишь, Ян. Ты, пожалуйста, доверяй мне.