Диана с неподдельной тревогой уставилась на него, но лифт был переполнен, и она не решилась заводить спор у всех на виду. Когда последняя пожилая пара вышла на предпоследнем этаже, Диана повернулась к своему спутнику и покачала головой:
— Мне не следовало исчезать с бала вот таким образом, тем более с вами и…
— Почему со мной «тем более»? — холодно перебил Коул. Лифт остановился, двери открылись в черный мраморный холл. Вместо того чтобы выйти, Коул придержал дверь рукой. Чувствуя легкое головокружение от шампанского и быстрого подъема в лифте, Диана сдерживала желание рассмеяться, а не съежиться при виде мрачной гримасы Коула.
"— Вы с таким рвением помогали мне сохранить репутацию, что наверняка даже не задумались о том, какой опасности подвергаетесь сами. Я хотела сказать, мне не следовало уходить с вами, не объяснив сначала своим родным, почему вы купили это ожерелье. Более того, если наши фотографии попадут в газеты и люди узнают, что вы собираетесь жениться, вас сочтут негодяем.
Коулу захотелось расхохотаться.
— Значит, вы заботитесь о моей репутации?
— Разумеется, — подхватила Диана, выходя из лифта в вестибюль его номера.
— Такого со мной еще не случалось, — с усмешкой заметил Коул. — Откровенно говоря, — добавил он, направляясь в гостиную и включая светильники, замаскированные в нишах потолка, — меня преследует ощущение, что этой ночью многое произойдет впервые.
Он оглянулся через плечо на Диану, которая остановилась у журнального столика посреди гостиной.
— Впервые? — переспросила Диана. — Что же такого вы не успели испытать до сегодняшнего вечера?
— Для начала признаюсь, — беззаботно произнес он, — что я еще никогда не стоял на балконе этого номера с женщиной.
Диана наблюдала, как он расстегивает смокинг и распускает галстук; затем Коул обхватил ведерко с бутылкой, взял в руки высокие прозрачные бокалы, помедлил, чтобы локтем нажать кнопку в комнате — при этом тяжелые портьеры, закрывающие дверь на балкон, разошлись в стороны.