Арендар молниеносно превратился в дракона и придавил ящик лапой:
— Ты-ы ко-ого Лер-ркой на-азвал, га-ад?!"
"Демонокот не ответил, и Арендар дыхнул на него дымом.
Но Этьен этого всего будто не замечал, его трясло. Я присела рядом с ним на корточки, продолжала гладить по плечу.
— Я знаю, как тебе сейчас больно и одиноко, как хочется, чтобы всё вернулось назад, чтобы всё это было неправдой. Я знаю, что ты проснёшься в надежде, что ничего этого не было, что всё это — ужасный кошмарный сон. И тебе будет так же невыносимо больно осознавать, что всё это страшная реальность.
Валерия с Арендаром шумно спорили с демонокотом, но моё сознание сейчас отсеивало все эти разговоры, весь мир отступал. Я даже не заметила, как офицеры ИСБ отошли от меня и Этьена, оставив для слишком личного разговора.
— За что? — Этьен уставился на меня красными от слёз глазами. — За что их убили? Мой отец был добрым, справедливым, он не делал ничего плохого, он верно служил, почему он умер? А остальные? Остальных за что, они же простые люди, они не имели к этому всему отношения! — последнее он еле выдавил, захлёбываясь в сдерживаемых рыданиях.
— Потому что сейчас идёт война, а войне плевать, кто прав, кто виноват, она забирает всех независимо от возраста, пола, вклада в общее дело. Со мной было точно так же. Поэтому я тебя понимаю. Я знаю, что ты сейчас чувствуешь и будешь чувствовать долгие годы. Я знаю, как тебя будут утешать. Знаю, что именно скажут. И знаю, что тебе будет трудно, а то и невозможно в случившееся поверить.
— Если бы я был с ними…
— Это ничего не изменило бы.