Глава 68"
"Фламиры сделали свой ход — подослали убийц к Элору, Линарэну и попытались атаковать явившихся на суд императора с императрицей и Арендара с Валерией (я почему-то совершенно не удивилась тому, что она вместо сидения в подземелье пошла в потенциально опасное место).
Сделали свой ход — и проиграли. Хотя Фламиров поддерживали остатки культа Бездны и демоны, не желавшие примирения с Эёраном.
Я была удивлена — не ожидала подобной смелости от Шарона Фламира, но вскоре выяснилось, что нападения организовал не он, а его сын Тавегрин, захвативший верховную родовую власть.
Жаждущий был в большой обиде и горе: «Мы пропустили всё самое интересное и никого не убили!» и «Это нечестно! Несправедливо! Дайте мне больше крови! Больше!»
Главой рода Фламиров ещё до начала суда стал Дегон. В добровольно принудительном порядке, насколько я поняла, потому что он не хотел покидать любимую Академию драконов. В знак протеста против происходящего или в память о большей части своей жизни, но он не стал возвращать себе полное имя Дегонарр.
Суд над Тавегрином Фламиром проходил в здании Столичного суда, Элор блестяще выступал обвинителем. В чёрном зале его огненно-рыжие волосы казались нестерпимо яркими, а голос звучал как-то особенно, до мурашек властно. Элор блистал. Полагаю, он понимал, что это последнее его дело в карьере главы ИСБ империи. Знаковое дело. Но даже понимая это, на виду у представителей родов, других стран и даже миров, держался он просто великолепно.
Единственный раз, когда Элор мрачно опустил взгляд и зябко повёл плечами — появление Тавегрина.
Судебный артефакт, которому теперь не мешал щит правителей, определил Тавегрину, участвовавшему в покушении на Валерию, убившему отца и брата, первую степень вины.
Этот приговор значил не только мучительную смерть для него, но и изгнание всего рода Фламиров. Но этот вариант предусмотрели заранее, и ещё до суда Дегон договорился с Аранскими о поддержке.