Скиф-Эллин

Они даже стрелять начали в нас не сразу, а когда мы приблизились к подъемному мосту. Стук лошадиных копыт по дереву моста, видимо, пробил брешь в блокировке сознания фиванцев — и они вдруг осознали, что мы не идиоты, что надо нас остановить. Поздно кинулись. Я уже успел въехать в тоннель, где было прохладно, и цокот копыт умножался эхом, когда у внутренних ворот появились первые вооруженные горожане. Одному было лет шестьдесят, а другому не больше пятнадцати. Наверное, их по возрасту не взяли для нападения на македонских саперов.

Сперва я пикой угадал старику в правый глаз, затем догнал решившего удрать юнца и вогнал ему окровавленный наконечник между лопатками, шевелящихся под кожаным доспехом, великоватым, может быть, отцовским. Из башни, что слева от меня, появились еще двое фиванцев средних лет, судя по поношенным доспехам, стражники, которые и должны были охранять ворота, но оба сразу передумали воевать, ринулись в обратном направлении, захлопнув за собой дверь. Я услышал, как заскрипел деревянный засов, которым закрывали ее изнутри. Те, кто стоял на верхней площадке башни, тоже не проявляли активности. Ни стрелы, ни камни в нас уж точно не летели сверху."

"Я не был уверен, что остальные конные наемники сразу последуют за нами. Предполагал, что моему отряду придется какое-то время держать оборону у ворот, пока разделаются с фиванцами, сделавшими вылазку, а потом погонятся за уцелевшими и увидят, что ворота открыты. Все оказалось проще.

Заметив, что мой отряд без проблем заехал в город, остальные тоже проявили лучшие солдатские качества. Зачем рисковать жизнью, сражаться с какими-то отчаянными парнями, если можно сразу приступить к главному делу воина — грабежу?! Они отправились на войну не для того, чтобы геройски погибнуть или стать калекой, а чтобы вернуться домой богатыми, поэтому ввалились сразу след за нами. Я крикнул бессам, чтобы следовали за мной, и поскакал к центру города, где больше добычи.

Впереди нас бежали мальчишки и орали во всю глотку:

— Македонцы ворвались в город! Македонцы!..

Даже не знаю, считать ли честью, что нас приняли за македонцев, или наоборот?

Где-то на полпути к центру города нас встретил отряд человек в сто, выбежавший из переулка. Судя по плохеньким кожаным доспехам, это ополчение. Вооружены короткими копьями и мечами. Ополченцы не ожидали увидеть нас здесь, поэтому сперва растерялись, сбились в кучу.