Не поделитесь ли кое-какими сведениями?
– Мне нечего вам сказать, – вскинул голову Фрай. – Перед нами тайна, покрытая мраком.
– Мы немного рассеем этот мрак, – улыбнулся Фокс, – если вы ответите на мои вопросы. Конечно, вы уже рассказали полицейским, где были вчера вечером с пяти сорока пяти до четверти девятого?
– Рассказал.
– Не поделитесь ли со мной?
– Вообще-то, не хочу, потому что все это мне не по душе. Но все же поделюсь. Я покинул фабрику в пять с минутами и пешком дошел до пересечения Двадцать третьей улицы с Шестой авеню – хотел взглянуть на приемник, о котором читал в рекламе.
– Простите, что разбудил, мистер Фрай. Приношу свои извинения. Мне кажется, на метро к вам домой можно добраться быстрее, чем паромом.
– Полицейским тоже так кажется, – ворчливо посетовал Фрай. – Думайте что хотите, мне все равно. Я пользуюсь этим паромом уже сорок пять лет, и для меня это достаточно быстро.
– Вот он, истинный дух Тингли, – согласился Фокс и повернулся к Йейтс. – Но вся эта возня с паромами не для вас, мисс Йейтс. Я прав?
Шутливый тон вопроса не растопил ее сердце. Бросив взгляд на большие настенные часы, мисс Йейтс заявила:
– Уже без пяти час, и нам пора запускать три смесительные машины.
– Сегодня? – изумился Фокс.
Она коротко кивнула:"
"– Клиенты желают получить свои заказы, а людям нужно питаться. Артур не потерпел бы простоя. Вчера я уже сказала вам, что за все двадцать шесть лет моей работы на фабрике мы ни разу не опоздали с выполнением заказа. – В голосе мисс Йейтс прозвучала горделивая нотка. – Если бы Артур не… – Чуть помолчав, она предприняла новую попытку: – Я знаю точно, что предписал бы Артур, будь у него возможность отправить нам сообщение.
– Это у вас вроде девиза?
Резко отодвинув стул, Сол Фрай поднялся, пробурчал:
– Я присмотрю, – и бодро зашагал прочь.
Мисс Йейтс тоже встала.
– Дело довольно срочное, знаете ли, – запротестовал Фокс. – Мисс Дункан попала в яму, возможно довольно глубокую, и время имеет значение. Если суета вокруг хинина как-то связана с убийством, как вы предполагаете, то теперь все уже кончено.