Остин, адвокат – потребовал провести собрание именно здесь. Ему даже пришлось топнуть ногой, чтобы настоять на своем выборе. Тридцать лет назад в этом самом кабинете его давно почивший в бозе старший компаньон огласил завещание отца Артура Тингли, а значит, только тут, и нигде больше, могла состояться та печальная церемония, провести которую призвал его долг. Стало быть, именно здесь мистер Остин ее и проводил.
В этот самый момент, впрочем, он даже не сидел, а подскакивал на стуле, трепеща от негодования.
Негодовал он, разумеется, от бестактности, проявленной полицейскими, которые наотрез отказались покинуть кабинет Артура Тингли, но трепет ему внушило бесцеремонное вторжение необъявленного и нежданного посетителя, который попросту открыл дверь и вошел. Уже через минуту мистер Остин без передышки возмущался:
– Ничто не послужит оправданием! Боже милостивый, неужели вы в своей алчности готовы попирать даже таинства смертного одра?! Говорю вам, мистер Клифф, ваше поколение, которое по воле своих финансовых хозяев и чудовищ презрело все принципы морали…
Остальные внимали ему молча.
Впрочем, когда мистер Остин все-таки прервался, чтобы перевести дух, мисс Йейтс, повернув голову к вошедшему, сухо бросила:
– Раз уж вы уже здесь, то потрудитесь сообщить причину визита.
Леонард Клифф, стоявший рядом со стулом Филипа Тингли, отвесил ей короткий поклон:
– Благодарю вас, мисс Йейтс. Я узнал о вашей сегодняшней встрече… Не важно откуда.
Как вам известно, от лица своей компании я вел переговоры с мистером Тингли о покупке этого бизнеса. В обычной ситуации я выждал бы какое-то время, перед тем как возобновить переговоры, и точно не стал бы навязывать вам свое общество в самый день похорон, но нынешние обстоятельства делают любое промедление опасным. Такое у меня чувство. Мне стало известно, что мистер Тингли подозревал меня в подкупе работников его фабрики… одного работника по крайней мере… с целью порчи выпускаемой продукции, и я хочу заявить, что эти подозрения не имели под собой ни малейшей почвы.
Моя компания не прибегает к подобным подлым приемам, и я сам уж точно ими не занимаюсь. Должен сказать, что новость об испорченных продуктах дошла и до меня… – Клифф замолчал и обернулся, заслышав шаги и звук открывающейся двери.
Остальные последовали его примеру, так что вошедший Текумсе Фокс оказался под прицелом семи пар выжидающих глаз.
