Судя по моим сегодняшним достижениям, это будет наилучший способ вытащить мисс Дункан из затруднительного положения, за что я, в принципе, и брался… Еще есть та женщина с фабрики, которой что-то приснилось. Я приглашен? Может, привести ее сюда?
Коллинз сказал, что сам справится, и вышел, но через минуту вернулся с посетительницей."
"Кэрри Мёрфи, в коричневом пальто с ондатровым воротником, в маленькой коричневой фетровой шляпке на макушке, твердым шагом и с выражением решительности на лице вошла в кабинет впереди адвоката.
Мисс Мёрфи села, вперила в адвоката пристальный взгляд и сразу заговорила:
– Я не очень хорошо разбираюсь в судах, адвокатах и всяком таком, но вы представляете интересы Эми Дункан, так что вам, наверное, я и должна это сказать.
– Довольно сильно сказано, – заметил Коллинз, – но… да, она определенно под подозрением у полиции.
– Так вот, она его не убивала. Разве она не пришла туда вскоре после семи часов?
– Совершенно верно. Примерно в десять минут восьмого.
– И когда она вошла в кабинет, ее сразу ударили? Она упала и потеряла сознание?
– Все верно.
– И очнулась она не раньше восьми?
– Вы правы.
– Она никак не могла совершить убийство, лежа без чувств, не так ли? В восемь часов мистер Тингли был еще жив и говорил по телефону.
Глава 13Фокс на мгновение прикрыл глаза и тут же широко открыл их. Коллинз нахмурился и склонил голову влево. Возникшую в разговоре паузу прервал сам адвокат:
– Это весьма… примечательное заявление, мисс Мёрфи. Полагаю, вы совершенно уверены в сказанном?
– Совершенно, – твердо подтвердила она.
– Значит, это с вами Тингли говорил по телефону?
– Нет. Это была мисс Йейтс. – Она втянула в себя воздух, но взгляд ее остался ровным, а голос не дрогнул. – Вечером во вторник я была у нее в гостях. И наш разговор коснулся чего-то, что заставило ее… Ей пришлось позвонить мистеру Тингли, и мисс Йейтс говорила с ним три или четыре минуты. Она звонила ему в кабинет, на фабрику.