Мисс Йейтс издала невнятный звук, мышцы ее лица напряглись, но появившееся в глазах выражение нельзя было назвать страхом."
"– Стало быть, Кэрри все-таки… – начала она и, не закончив фразы, осеклась, а Фокс лишь кивнул. – Очень хорошо. – Она облизнула губы. – И что с того?
– Сразу несколько вещей, мисс Йейтс. Для начала ваше странное поведение. Правда ли, что вы говорили с Тингли по телефону в восемь часов вечера во вторник?
– Да.
– И убеждены, что говорили именно с ним?
– Конечно. Это был его голос. И то, что он наговорил… Это просто не мог быть кто-то другой.
– Почему тогда… Я не спрашиваю, почему вы не рассказали об этом мне, ведь никто не обязывал вас делиться со мной хоть чем-то… Но почему не сообщили полиции?
– Не сообщила, и все.
– Почему же? – (Она молча смотрела на него.) – Почему? – не сдавался Фокс. – Вы достаточно умны, чтобы понимать, как важны подобные сведения для расследования убийства. Они жизненно важны. Вы хотели тем самым воспрепятствовать расследованию?
Мисс Йейтс смотрела прямо в глаза Фоксу.
– Вы только что сказали, – ровным голосом начала она, – что меня никто не обязывал делиться с вами раньше. Не обязана я делать это и сейчас. Но если я откажусь отвечать на ваши вопросы… Я не настолько глупа, чтобы думать, что на этом все и кончится, ведь Кэрри уже… – Мисс Йейтс поджала губы, но уже через секунду продолжила: – Вы спросили, хотела ли я помешать следствию. Признаться, ход расследования нисколько меня не волнует.
– Вам все равно, будет человек, убивший Тингли… ударивший его по голове и перерезавший ему горло… привлечен к ответственности или нет?
– Ну… Нет, мне не все равно.
– Но не отправились.