Возможно, потребуется еще несколько сеансов, чтобы стереть все следы прошлых сомнений, но самое меньшее, что вы можете сделать прямо сейчас из уважения к приличиям, – это посмотреть мистеру Клиффу в глаза и во всеуслышание признаться, что вы безумно, безнадежно влюблены в него. Разве не ясно, в каком он смятении? Когда Клифф вбежал и увидел меня здесь, то в приступе ревности тут же полез в драку.
На щеках Эми проявились розовые оттенки.
– После брошенных мне обвинений я скорее признаюсь, что безумно и безнадежно влюблена в вас, чем в него! – с чувством заявила она.
– Нет-нет, это вы сгоряча. Его обвинения – сущий пустяк по сравнению с тем разносом, которого вы заслуживаете. Вы леди-детектив на службе в агентстве и вели разработку подозреваемого. На его месте я не смог бы полностью доверять вам вплоть до самого окончания медового месяца.
– Что… то, что я сказал… – запинаясь, хрипло бормотал Клифф.
– Еще поверите, – уверенно подытожил Фокс. – Как ни жаль, у вас имеются и иные причины для переживаний, даже похуже прежних. Вы упомянули о том, что мисс Дункан подозревается в убийстве. Имейте в виду, почва для этих подозрений до сих пор оставалась весьма зыбкой. Впрочем, если два свидетеля расскажут полицейским все то, о чем недавно рассказали мне, этот туман будет развеян.
Оба вытаращились на него.
Не оглядываясь назад, Эми опустилась на диван:
– Но… как кто-то может…
– Это что? Какой-то розыгрыш? – совершенно новым тоном пожелал узнать Клифф.
– Нет. Я не расположен шутить на тему обвинений в убийстве. Однажды мне пришлось наблюдать за казнью на электрическом стуле.
Эми встретила его пристальный взгляд.
– С моим рассказом все в полном порядке, – твердо сказала она.