Телохранитель для демона

Приятно! И потому решила сделать приятное им:

— Вы достойны смерти! Убью вас быстро!

Оценили и тоже поклонились. Занимая боевую стойку, замечаю, как увеличились глаза у Арвиэля… наверное, показалось, он же не может быть настолько сильным, чтобы противостоять заклинанию вступившего в наследование дарая Д’Эркаэля. Улыбнувшись своим мыслям, я тихо приказала своим зверятам:

— Атака!

И танец смерти начался. Туман и Пушистик отвлекли на себя двоих, с парочкой оставшихся мы вступили в лучшую из игр. Мой бесконтактный удар, и третьего сайшеба снесло волной, но тут атаковал вожак… Да, он был хорош.

Он почти достал меня, и пришлось уже мне доставать… кинжал. В белесых глазах сайшеба мелькнул зеленоватый огонек… Вот они, наши козыри. У меня имелись бесконтактные удары, у них — умение управлять металлом, и, по мнению этого поклонника смерти, я сейчас подставилась.

Сайшеб протянул когтистую руку, пытаясь перехватить управление моим кинжалом, и вот тут ему очередная издевка Хаоса — кинжал костяной. Я же, одной рукой удерживая орудие, второй нанесла бесконтактный удар, и вот тут Хаос посмеялся надо мной — сайшеб даже не шелохнулся! Да, мы были на равных, и суть в том, что Туман и Пушистик могли лишь отвлечь сайшебов, но никак не убить, и в результате напротив меня вновь стояли все четверо.

И самое неприятное — у меня был обычный костяной кинжал, у них — ядовитые когти! Прав был СеХарэль… это будет сложно.

Вожак сайшебов криво ухмыльнулся, демонстрируя черные заточенные зубы, его рука поднялась, и вверх взмыли все металлические предметы: мечи, сабли, сулицы, клевцы, кинжалы… ну и вместе с ними вилки и ножи.

Даже ложками и кастрюлями не побрезговал этот ург орочий! Вся эта остро-режуще-колющая масса зависла над нашими головами, но я даже не сомневалась в том, в кого все это полетит! Сайшеб откровенно заржал, и я едва успела сделать кувырок назад, уходя из-под обстрела и бросив бесполезный уже кинжал в ножны, сосредоточиваясь на бесконтактном ведении боя. Мой удар — и в кухонно-оружейном воинстве прореха. Сайшеб-вожак хмыкнул, и попадавшие кастрюли, блюда, ножи-вилки-ложки вернулись в строй.

— Ты бы еще повара притащил! — не сдержалась я.

— С поварешкой? — лениво спросил сайшеб.

Хм, а они, оказывается, говорить умеют не только о смерти.

— С топориком… — усмехнулась я, собирая силы для нового удара и намереваясь сделать следующее — сбить висящее надо мной блюдо, в котором все еще были пиявки для болотных кикимор, и сделать это так, чтобы все свалилось на сайшебов.