Тень Великого Древа (СИ)

Тревога дает Эрвину флягу с орджем:

- Полагаешь, только в этом проблема?

Он делает крепкий глоток, горло обжигает, туман болезни редеет. Теперь он видит главное: шаваны не просто толпятся под стеной, а вторгаются в город. Створки ворот лежат во рву, сбитые Перстами, надвратная башня сожжена. Всадники, проникшие в Лид, растекаются по улицам, машут мечами и кнутами.

- Шаваны штурмуют Лид?.. Но в этом нет смысла! Город и так принадлежит Шейланду!

- Ты очень плох, - говорит альтесса, прижимая ладонь к его щеке. Лицо пылает, ладонь холодна, Эрвин вздрагивает от озноба.

- Что происходит?! Объясните мне!

Это он произносит вслух, и капитан Хайдер Лид угрюмо отвечает:

- Шейланд недокормил шаванов. Они решили разграбить город.

Кайр Обри, телохранитель Эрвина, добавляет:

- Милорд, мы не можем этому воспрепятствовать. Необходимо ждать, пока они уйдут, и лишь тогда спасать леди Иону.

Голос настойчив, с нажимом. Обри боится, что герцог решит сунуться в город. Опасения напрасны: Эрвин понимает безнадежность затеи.

Он приехал сюда не только ради сестры, а и затем, чтобы поднять горожан на бой. Сотни лидцев откликнулись бы на зов герцога, ворвались бы в замок, освободили Иону… Однако теперь лидцы гибнут на его глазах.

Шаваны летят по улицам, вышибают двери, звенят окнами. Мещане бегут в поисках укрытия. Всадники легко настегают их, хлещут и топчут мужчин, а женщин ловят арканами, как зверей… Эрвин спрашивает без особой надежды:

- Где расположен тайный ход в замок?

Капитан Хайдер Лид цедит сквозь зубы:

- Идет из оружейного квартала.

Там этих гадов больше всего.

Легендарные лидские мечи манят степняков. Ворвавшись в оружейный квартал, всадники забывают даже о женщинах. Крушат замки и двери, тащат добро на улицы.

- Шаванов слишком много, - скрипит Хайдер Лид. – Ни женщин, ни мечей не хватит на всех. Те, кто останутся ни с чем, сожгут город.

Обри убеждает:

- Дождемся, пока утихнет пожар. Шаваны уйдут, мы проберемся в замок. Спасем вашу сестру, милорд.

- А кто спасет город? – произносит капитан.

Эрвин садится на землю. Хворь и безнадега лишают его сил. Действительно, тут ничего не сделаешь. Шесть тысяч всадников с Перстами. Только сидеть и ждать…

- Я выживу ради сестры, - говорит альтесса Тревога.

- Знакомая цитата…

- Не желаешь ли сделать нечто более актуальное? Скажем, спасти сестру ради сестры?

Она кладет ладонь ему на глаза. В темноте перед Эрвином возникает видение. Подвал Лидского замка, клетка из ржавого железа, худая бледная Иона.