А вот судьба Стёпы с Машей была под вопросом, в том смысле, что хоть глупыми их не назовёшь, но поступить в Московский вуз своими силами, учитывая какая там конкуренция даже среди аристократов, у ребят может и не выйти. Впрочем, для обоих ребят были открыты дороги в Тюменские университеты, куда, скорее всего, они и подадут документы по окончанию школы.
— Хьюстон один, как слышишь. У нас проблемы. — бросил я в сторону товарища.
— Проблемы…? — удивленно послышалось от него, но в следующую же секунду всё моментально стало ясно.
— Вы что дурные⁈ — донёсся недовольный женский голос из-за спины. — Вы что здесь делаете⁈ На крыше⁈
— Дела любви! — совершенно беззаботно ответил Степан не оборачиваясь. — Не подходи!
— Я иду! — решительно заявила Маша.
— Маша, ещё не готово! — вмешался уже я.
— Что не готово? — не поняла девушка осторожно сокращая дистанцию.
— Стой там, тут скользко.
— Вот именно! Ненормальные, с края крыши отойдите! — испуганно добавила Морозова.
— Мы это… контрли… конроли… в общем… ситуация в руках! — отмахнулся я, но судя по лицу девушки, которое я мельком отметил на секунду развернувшись, она мне не поверила.
— Друг, у меня тут немного не хватило… Нужна твоя помощь. — донеслось сбивчивым шепотом сбоку.
— Запрос на помощь принял. — громогласно объявил я.
— Обломов! А ну застегни! — взвизгнула уже порядком приблизившаяся девчонка.
— Не бойся он не кус… — на полуслове пришлось стыдливо прерваться, наблюдая молчаливое осуждение в глазах друга. — Пардон! В общем не могу… финальный штрих нужно внести.
— О, ужас… — из-за спины послышался шлепок по лицу.
— Аккуратнее! Сейчас перечеркнёшь! — воскликнул Степа, сильно переживающий за результат.
— Не ссы, все нормально будет! — отмахнулся я.
— Ну вот! Перечеркнул! — рассерженно бросил друг, поднимая на меня глаза.
— Это сердечко стрела пробила! — не согласился я.
— Вы два идиота… — вздохнув заключила Маша.
Подруга успела добраться до края и посмотреть вниз.
— Тебе нравится? — хлопая глазами с большим ожиданием во взгляде уточнил Астапов.
— Буква «Ш» плохо вышла. — всё-таки снизошла до оценки Морозова.
— Мы сейчас перепишем!
— Ну уж нет! А ну спускайтесь, оба!
Следом я ощутил как меня пытается охватить чужая сила. Не став сопротивляться такой заботе, мы с товарищем будто два кутёнка, которых мама несёт за шкирку, были эвакуированы с опасного места.
— Вам, похоже, пить нельзя. — недовольно бурчала по дороге подруга. — «Дела любви». — добавила она, явно передразнивая Стёпку.