Остальные наблюдали, как ручеек расплавленного серебра перетекает из одного сосуда в другой. Бен налил сколько нужно, ни каплей больше. И на мгновение ощутил себя на седьмом небе. Его словно окутало белое зарево, и все вокруг чудесным образом преобразилось. На мгновение он перестал быть невзрачным толстым Беном Хэнскомом, который носил мешковатые свитера, чтобы скрыть брюхо и сиськи; он превратился в Тора, управляющегося с громом и молниями в кузнице богов.
Потом это чувство ушло.
– Ладно, – кивнул он. – Сейчас я вновь расплавлю серебро.
Это сделал Стэн.
Бен вновь зажал обрезанный корпус минометной мины в тиски и взял у Эдди паяльную лампу.
– Так, переходим к номеру два.
И принялся за работу.
4
Десять минут спустя серебро залили и во вторую форму.
– Что теперь? – спросил Майк.
– Теперь мы час поиграем в «Монополию», – ответил Бен, – пока они затвердеют в формах. Потом я зубилом разобью формы по линии разъема, и мы закончим.
Ричи озабоченно взглянул на треснутое стекло «Таймекса». Часы побывали не в одной передряге, но продолжали тикать.
– Когда вернутся твои старики?
– Н-не ра-аньше по-оловины о-о-одиннадцатого, – ответил Билл. – О-они по-ошли на с-с-сдвоенный се-еанс в «А-а-а-а»…
– В «Аладдин».
– Да. А потом они заедут за пи-пиццей. Они почти в‐всегда так де-елают.
– Значит, времени у нас много, – заметил Бен.
Билл кивнул.
– Тогда пошли в дом, – предложила Бев.
– А если он захочет приехать и забрать тебя раньше? – спросил Майк.
– Тогда будет беда, – ответила Бев.
Бен подумал: «Я защищу тебя, Бев». И тут же перед мысленным взором поплыла очередная греза с таким сладким завершением, что по его телу пробежала дрожь. Отец Бев начинал наезжать на нее: кричит и все такое (даже в грезе Бен не мог представить себе, как обращался с дочерью Эл Марш).
«Хочешь неприятностей, толстяк, продолжай защищать мою дочь».
Хэнском, обычно тихий книгочей, мог превращаться в разъяренного тигра, если его задевали за живое. С предельной прямотой он говорит Элу Маршу: «Прежде чем ты доберешься до нее, тебе придется иметь дело со мной».
Марш делает шаг вперед… а потом стальной блеск в глазах Хэнскома заставляет его остановиться.