— Что? — я все еще в ступоре от его внешнего вида, от явно сгустившейся атмосферы в этом роскошном кабинете. Ощущаю взгляды мужчин, словно прикосновения. Очень не по себе становится.
— Малыш, помнишь, я тебе говорил про подработку… Так вот, у меня не получилось, и теперь я… Должен…
Я ослышалась сейчас?
Всматриваюсь в его лицо и понимаю: нет, не ослышалась. Не ослышалась!
— Ты снова? — неверяще уточняю я, — ты играл, что ли? Опять?
— Малыш, — начинает торопливо говорить Костик, — там был верняк! Я столько сил вложил, чтоб на эту игру попасть! Я должен был выиграть!
— Ушам не верю… — я обессиленно падаю на стул, уже не думая о том, как это выглядит со стороны, и что наш отвратительный разговор слышат посторонние… Хотя, какие они посторонние? Если я все правильно понимаю… — Мы же говорили об этом… Ты обещал! Обещал! — мой голос срывается, вскидываю взгляд на понуро сидящего Костика, — ты клялся!
— Малыш…
Я не хочу его слушать больше.
"Костик играть начал год назад.
Костик вылечился, его родители так и не узнали ничего, как и мои, собственно. Для всех Костик был золотым парнем, умничкой и трудягой.
И так оно, собственно, и было.
Боже…
Что делать теперь?
Конечно, у меня есть кое-какие деньги…
Я выдыхаю, поднимаю взгляд на молча наблюдающих за этой позорной сценой мужчин.
Внимательно осматриваю их и только теперь понимаю, насколько они непростые, и как сильно Костик, похоже, вляпался в этот раз…
5. Дана. Опасные кредиторы
Когда я в кабинет зашла, то, в первую очередь обратила внимание на тяжелые, словно бетонные, взгляды обоих мужчин, и их крепкие, плечистые фигуры.
А сейчас, более пристально осматривая их, понимаю, что первое впечатление было еще мягким.
Тут, как в жутком фильме ужасов, чем дальше, тем страшнее.
Мужчины, сидящие за столом в ленивых, свободных позах хозяев жизни, очень и очень непростые.
Один, здоровенный небритый громила с плечами размером с эту столешницу, наверно, и мощными лапами борца, одет в свободную белую футболку. Она отлично подчеркивает смуглость кожи и синюю вязь татуировок на ней.