Прошедшие дни она активно практиковалась в вождении. Теперь главное не ударить лицом в грязь и без происшествий доехать до дома.
Доехала.
Таня мысленно похвалила себя.
Всю недолгую дорогу Паша держал дистанцию, не прижимался к ней, не создавал дискомфорта. Ещё один плюсик ему в карму.
Не многовато ли набирается?
Зато бабушки у подъезда его встретили едва ли не как родного. Увидели, заулыбались. Он припарковал свою машину за «мерсом» Тани. Встал, правда, плотно. Пространство у дома не рассчитано на множество машин.
Паша вышел и с заднего сиденья достал два больших пакета. Таня и забыла, что он говорил про продукты. Пока ехала, думала только о дороге.
– Добрый вечер, дамы, – поздоровался он с местными жительницами.
Те дружно закивали в ответ.
Таня приложила ключ к домофону, открыла дверь и поспешно нырнула внутрь. Вроде бы взрослая девочка, а покраснела до корней волос. Паша вошел следом. Долго лифта ждать не пришлось."
"С ключами для квартиры Таня провозилась больше времени, чем полагалось.
– Помочь?
– Нет, всё хорошо.
Наконец, они вошли в квартиру. Коридор у Тани был небольшим, много места занимала встроенная гардеробная. Пришлось немного потолкаться. Таня разулась первой и шмыгнула дальше. Паша поставил пакеты на пол, снял пальто, разулся.
– Ванная там, – Таня указала на дверь слева. – Я первая, не возражаешь?
И лишь увидев, как вспыхнули глаза Дольника, поняла, что фраза прозвучала довольно двусмысленно.
Таня уточнять не стала, позорно ретировалась за дверь.
Но если девушка думала, что у неё будет минутка передышки, то ошиблась. Паша сразу же последовал за ней. Ванная была ещё меньше, чем коридор. А учитывая, что здесь стояла и стиральная машина с сушилкой, развернуться вдвоем оказалось попросту нереально.
Паша зажал её, дернув на себя. Впечатав в грудную клетку. Так, чтобы между ними не осталось расстояния. Таня успела включить воду и намочить руки. Затем жалобно пискнула и потянулась к полотенцу.
Мужчина – под её кофту.
– Паш…
– Ужин подождет. Я – нет, – сразу же обрубил он все её доводы.
По спине Тани прокатилось обжигающее тепло. Противостоять напору Дольника было невозможно. Она покорно прикрыла глаза. Его руки добрались до лифчика девушки и задрали его.
– Какая ты у меня ладная. Соскучилась, девочка? – начал шептать он пошлости, сжимая напрягшийся сосок. Перекатил его между пальцами, поиграл раскрытой ладонью.
Таня прикрыла глаза, расслабляясь.