Пойдут никому ненужные слухи, а мне они совершенно не нужны. Да и ехать с ним на одном автомобиле не хочется — слишком длительным будет контакт с бывшим мужем.
— Хорошо, я жду внизу, — коротко отвечает Илья.
Я распускаю волосы по плечам и подкрашиваю губы помадой. Ругаю себя за это, но кто, в конце концов, не хочет выглядеть красоткой в глазах у бывшего?
Накинув куртку поверх медицинского халата выбегаю на улицу, где меня уже ждёт Илья. Он стоит у машины с огромным букетом белых и фиолетовых ирисов, моих любимых. Я теряюсь, когда он протягивает мне их прямо в руки.
"— Ты совсем раздета, Альбин, — произносит Илья с укором. — Присядешь в машину, если сильно спешишь?
— Хорошо, — киваю ему. — У меня есть двадцать минут, не больше.
Сердце трепетно бьётся в груди, когда Илья протягивает мне свою крупную шероховатую ладонь и помогает забраться на переднее сиденье. В салоне тепло, витает запах его парфюма и фоном играет рок-музыка. Он опускается на водительское место спустя несколько секунд и укладывает мои цветы на заднее сиденье своего внедорожника, чтобы не мешали.
В салоне воцаряется немое молчание. Наверное, это нормально, даже если нам есть что друг другу сказать. Я стараюсь смотреть прямо — на проходящих мимо людей, деревья, которые видела сотню раз ко дню и потрескавшееся здание больницы. Только бы не смотреть на него.
— Ты его любишь? — первым нарушает молчание Илья.
Он нервно барабанит пальцами по рулю, и я не сдерживаюсь — перевожу на него свой взгляд, заставив сердце болезненно сжаться.
— Люблю, — отвечаю и тут же отворачиваюсь к окну.
— Не верю, — его голос в салоне автомобиля звучит слишком громко.
— Почему?
— Ты не выглядишь с ним счастливой, Кудряш, — произносит тут же Громов.
— Откуда ты знаешь? Откуда ты к чёрту знаешь, как я живу? — внутри меня поднимается сильная волна негодования.
— Мне всегда тебя не хватало, Альбин, — его синие глаза смотрят на меня с такой грустью, что мне тут же хочется ему поверить.
Хочется отмотать плёнку назад, немного подкорректировать наши поступки и отношения. Хочется дать возможность ему всё исправить.