— Моя бывшая женушка, в память былой любви, хочет решить вопрос миром? И чего же она желает?
На Лайона вдруг накатило чувство какой-то гадливости, но он сумел удержать себя в руках. Сейчас нужно правильно соблюсти баланс, чтобы не получить двух врагов, вместо одного. Все же не стоит забывать, что барон для купца — весьма лакомый кусок. А купеческой дочери предпочтительнее получить титул, чем остаться одной с бастардом на руках. (Что-то с предстоящим браком явно было нечисто).
— Не льстите себе, барон. Моя сестра давно не испытывает к вам никаких чувств.
Карис сглотнул. Он не был силен в законах, и до этого момента полагал, что при самом неудачном раскладе его ожидал бы штраф. Ведь казнят только за поджог в столице, но поместье-то за ее пределами. А жизни крестьян… разве кто-то стал бы их считать?
— Вас ей не жаль. А вот вашу будущую жену… — Лайон снова взглянул на купца.
Купец мрачно кивнул. Это он и без графа знал.
— И вот в чем заключается предложение моей сестры. — Лайон, отбросив внешнюю учтивость, теперь говорил холодно и жестко. — Лишь из жалости к невесте барона, и к нерожденному ребенку, она не станет давать делу ход.
Эйс Мартел выдохнул.
— Ваше сиятельство! Леди Бартон необычайно милосердна…
Граф остановил его движением руки.
— Но ей нужны деньги, чтобы заново отстроить поместье. Чтобы выплатить крестьянским семьям за потерю отцов. И мой друг, пострадавший в огне, тоже желает получить компенсацию за молчание. Леди Бартон просила передать вам, барон, что четыреста аргенов ее более чем устроят.
— Это же… — Карис задохнулся. — Она решила меня обобрать до последней деревни?
— Что ж. Раз вы считаете, что ваша свобода этого не стоит, я удаляюсь.
— Стойте! — Карис вскочил на ноги. — У меня на руках столько нет. И если я добуду нужную сумму, то останусь практически без штанов.
— А это уже только ваши проблемы, барон.
Лайон не без удовольствия смотрел, как бегают глаза у собеседника.