— Нас сзади догоняют, мало ли чего?
Догнали быстро. Два новых «Лэндкруизера» чёрного цвета, явственно напомнивших пресловутых фармкоровцев, быстро обошли нас по левой полосе. Машины уже были заметно переделаны — кенгурятники, решётки на окнах, дополнительная защита, самодельные багажники на крышах, за каждым — по прицепу, в общем, «Мародёр-Мобиль». Внутри сидели несколько человек в разномастной одежде, всё больше в кожаных куртках, все средних лет, крепкие, с автоматами. Однако враждебности они не проявили, а сидевший справа, рядом с водителем, крепкий блондинистый мужик, похожий на актёра Меньшова, даже помахал рукой.
Мы же неторопливо прокатили дальше, чуть притормозив возле поворота на Минское шоссе. Там наше внимание привлекла небольшая колонна в составе БТР, «бардака», бронированного «Урала» и автовышки. Возле машин стояла кучка военных с автоматами и несколько мужиков в униформе эмчеэсовских спасателей.
— Прижмись, поболтаем, — попросил я Шмеля.
Не думаю, что военных опасаться стоит, а вот узнать от них что-то новое можно. Однако, когда мы остановились, особого дружелюбия не встретили — башни брони развернулись на нас, а люди рассредоточились, готовые открыть огонь при малейших признаках угрозы. Всё верно, такие теперь времена, мать их ити.
Я привычно натянул на лицо уже натренированную за последние дни дружелюбную лыбу, поднял маску на лоб — без масок я вообще запретил своим на боевые ходить.
Когда я подошёл ближе, навстречу мне вышел капитан с потёртым АКМ, висящим наискосок на груди, с зажатой в зубах тлеющей сигаретой.
— Здравия желаю, — поприветствовал я его, подходя.
— Тебе не болеть, — кивнул он. — Чего хотели?
— Да больше информацией интересуемся, — ответил я.
— А куда направляешься? — уточнил он.
Похоже, что упоминание о «Пламени» немного прибавило нам доверия с его стороны. У военных между собой контакт был налажен, наврать здесь сложно.
— На Каширку, — ответил я. — С Кольца заехать и там уже неподалёку. В Бирюлёво, фактически.