Даже после ее смерти Арген не способен быть с другой женщиной.
Нериль прижала руки к груди. Жалость к бывшему мужу наполнила ее сердце.
Она давно простила его, потому что счастливая и любящая женщина не может таить обиду. Она лишь хотела, чтобы он ее отпустил. Все это время Нериль пыталась понять, почему он так упорно не дает ей свободу. А сейчас, услышав слова императора, окончательно растерялась.
– Если он не может… ни с кем… то зачем ему я?
– Не ему, – покачал головой Алиандер. Его взгляд красноречиво указал на кроватку.
– Но!..
Он жестом велел ей замолчать и продолжил:
– Взамен он назначил Рея своим преемником. Ваш старший сын унаследует титул и все имущество отца, а младший – получит мать и возможность выжить. Мне кажется, это равноценный обмен. Что скажете?
– Почему именно я?
– Это же очевидно. Кому еще он может доверить самое ценное, что есть у дарга – собственное дитя?
У нее не было слов.
От этих мыслей Нериль содрогнулась.
– Так вот что задумал Арген… – прошептала она. – Хочет, чтобы я вырастила его сына… Но как всегда, все решил за меня, не спрашивая. Мои желания его не волнуют.
– Ну почему же, – хмыкнул Алиандер. – Очень даже волнуют. Поэтому он сделал все, чтобы вы не смогли отказаться.
В ответ на ее непонимающий взгляд он пояснил:
– Для всех этот ребенок – сын лаэрда Рубинового клана и его шиами, первый претендент на титул.
Она вздохнула, пытаясь уложить в голове то, что услышала, и тихо спросила:
– Как он собирается спасать своего сына?
Император сухо улыбнулся:
– Так же, как Гардахен Урранбарх спас своего.
Нериль недоуменно нахмурилась:
– Я… я вас не понимаю.
– А мне кажется, вы все уже поняли, льера, – пристальный взгляд Алиандера уперся в нее. – Вам известно, почему мы всегда умираем в драконьей ипостаси?
Вопрос был задан так неожиданно, что Нериль смогла только покачать головой.
Губы правителя дрогнули в полуулыбке:
– Потому что мы – драконы. Человеческая оболочка сродни одежде, в которую одевается драконья душа. Мы не ждем, пока смерть сама к нам придет.