— Мы нагоним вас через минуту. И не бегайте.
Как только девочки ушли. Алекс свернула в тихий закоулок между двумя галереями.
— Нам нужно поговорить.
— Я думал о том же.
— Лето подходит к концу.
Чейз кивнул.
— Как и наш уговор.
— Да — Она заговорила тише. — Пообещай мне одну вещь, если сможешь. В какую бы школу ты ни отправил девочек, не оставляй их там на праздники. Если тебе не захочется принимать их у себя дома, отсылай ко мне. Я оставалась в школе на каникулах одна, и это было чудовищно.
— Но ты же не все праздники провела в школе?
— И куда бы я отправилась? У меня не было семьи.
Алекс не стала рассказывать ему всю историю до конца.
Та девочка. Вайолет Лиделл, несколько недель только и делала, что описывала ей, чем они будут заниматься летом: ездить на пикники, покупать ленты в деревенской лавке, не спать по ночам, разговаривать и хихикать.
"Александра каждую ночь мечтала, представляя, какие приключения их ждут с Вайолет. Но главное, о чем она мечтала… Не о приключениях, нет! Она мечтала о семейных ужинах.
Когда семестр закончился, и родители Вайолет приехали, чтобы забрать дочь. Алекс ждала их на выходе с уже собранным сундучком, одетая в свое лучшее платье и вне себя от радостного предвкушения предстоящей поездки. Она ждала, чтобы ее представили мистеру и миссис Лиделл, но так и не дождалась.
Вместо этого Вайолет повернулась к ней, усмехнулась и сказала:
— Надеюсь, ты прекрасно проведешь лето, Александра.
Потом поднялась в карету, и Лиделлы отбыли.
Алекс на всю жизнь запомнила, какой это был стыд — затаскивать свой сундучок в дортуар вверх по лестнице, ступенька за ступенькой, на глазах одноклассниц, которые смеялись ей в лицо. Они понимали, что произошло, потому что обо всем знали заранее.
— Просто пообещай мне, — попросила Алекс. — На Пасху, на Рождество и на летние каникулы не оставляй девочек в школе.
— Дьявол! — вдруг выругался Чейз и отвернулся к стене.
— В чем дело?
— Увидел одного знакомого, с которым мне не хочется встречаться.
— Где? — обернулась Алекс.
— Не смотри в ту сторону, — зашипел Чейз. — Может, он меня не заметит.
Она развернулась.
— Надеюсь, никто не обратит внимания, что мы с тобой пялимся на пустую стену.
— Хорошо, посмотри. Только как бы невзначай.