Что надумала, будешь ужинать?
- Если с Гришей что-то случится - я тебя убью, - пообещала на полном серьезе. У меня голос дрожит, но боюсь я не мужа, а картинок, что вертятся в голове после его слов.
Тим дал ему ключи от квартиры Ареса. А Арес забрал Гришу из гостиницы. Но что Дима там дальше плел про бомжей и бутылку, за которую те готовы на что угодно? Не может быть, он просто пытается меня запугать.
- Убьет она меня, - муж поставил на тумбочку полупустую тарелку, положил вилку. И в каждом его движении пробивается сдерживаемый гнев.
- Дай мне телефон! - выкрикнула.
Дима хлопнул в ответ дверью.
Его шаги удаляются.
А меня прорвало. Бессилие, боль, злость - я весь день в постели лежу и могу только терпеть, просить, умолять, ждать, когда он меня отпустит.
Потянула руку к лицу и словно взбесилась, с яростью вцепилась в галстук зубами и начала сдирать ткань с запястья вместе с кожей. Из глаз слезы брызнули, захотелось кричать во все горло, орать так, что на другом конце планеты услышат, но я лишь сильнее выгнулась на постели и крепче сжала зубы.
Хоть неделю, хоть месяц он может издеваться надо мной, я бы вытерпела.
Но трогать моего сына нельзя. Никому. Я одна у Гриши и всегда буду защищать своего ребенка, что бы ни случилось со мной - выберусь, ради него.
- Ай! - вскрикнула и застонала, когда разодранная в кровь рука вырвалась из удавки галстука.
Получилось.
Получилось.
Перевернулась на постели и потянулась ко второму запястью. Начала рвать зубами ткань. С помощью пальцев справилась в два раза быстрее, на пол швырнула галстук мужа и соскочила сама.
- Черт."
"Ноги от долгого лежания ватные, подогнулись, я шлепнулась обратно на постель.
Сейчас, сейчас, почти уже все.
Вторая попытка - подскочила с кровати и метнулась к двери. Не заперто - и я уже лечу по коридору к лестнице. Перепрыгиваю через ступеньки, молнией несусь по темному холлу, распахиваю дверь...
И нос к носу сталкиваюсь с мужем.
Уже стемнело, и Дима стоит на крыльце в полукруге света от фонаря.