Часовой методично осматривал окрестности, прикрывая глаза ладонью от яркого полуденного солнца.
Разведчик осторожно отполз назад, в тень густого кустарника. Лёжа на животе, он пытался найти другой подход. Солнце палило нещадно, и открытое пространство между лесом и деревней представляло серьёзную проблему — любое движение могло быть замечено."
"Гаврила решил попробовать с другой стороны. Он потратил почти час, обходя деревню по широкой дуге, пока не оказался с восточной стороны, где росли высокие заросли репейника.
Он мысленно выругался, замерев в своём укрытии.
Из-за забора показался часовой с ружьём, вглядывающийся в заросли. Рядом с ним петляла между ног дворовая собака, продолжая заливаться лаем.
— Кто там? — громко окликнул часовой. — Выходи, а то стрелять буду!
Гаврила вжался в землю, едва дыша. Через несколько напряжённых минут солдат, не заметив ничего подозрительного, отозвал собаку и вернулся на пост, но стал гораздо внимательнее всматриваться в окрестности.
Разведчик предпринял ещё одну попытку, подобравшись к северной стороне деревни, где протекал небольшой ручей. Он надеялся, что водная преграда сделает этот участок менее охраняемым. Но и здесь его ждало разочарование — вдоль всего периметра были расставлены часовые, каждый из которых довольно внимательно просматривал свой сектор.
Солнце уже начало клониться к западу.
— Ничего толком узнать не удалось, — хмуро доложил он Федоту, отряхивая с одежды сухие травинки и колючки репейника. — Деревня охраняется слишком хорошо. По периметру расставлены дозорные, есть наблюдательные вышки, собаки. В дневное время незаметно подобраться невозможно.
— Хотя бы примерную численность охраны удалось оценить? — спросил Федот, нахмурившись.
— Не меньше двадцати человек, — ответил Гаврила. — И это только те, кого я видел на постах. Похоже на регулярное подразделение, а не на шайку разбойников.
Федот снова мысленно похвалил себя, что не ввязался в драку. Таким количеством да еще успев занять позиции они бы выкосили отряд охотников с одного залпа.
— Что будем делать? — спросил Михаил.
— Возвращаемся в Угрюм, — решительно ответил Федот.