Я, конечно, постараюсь найти купца. Но откуда я знаю, что там радиоактивные материалы, а не туфта? Может, кто-то в банку эту порошок АСК засыпал.
— Ты мне не веришь?! — Коля стукнул себя в грудь.
— Тебе верю, а тех людей я не знаю.
— Ладно. — Коля налил полный бокал шампанского, жадно выпил.
И Стас по его глазам понял — пацан поплыл.
— Ладно, Алексеич, я тебе верю. Я в магазине мебельном у одного козла работаю. Он, сука, чекист бывший.
— А где он банки взял?
— Где взял, там их нет. Братва помогла.
— Секу. Ты справедливый парень, Коля. Из тебя большой человек выйдет. Давай махнем еще.
Когда они выпили коньяк, Стас спросил:
— Ты где ночуешь?
— А Алка где?
— Как где! Ты же сам велел ей уходить.
— Во блин, в натуре, нажрался я. Есть у меня где кости бросить. Здесь баба рядом живет.
— Давай я тебя провожу.
— Спасибо, Алексеич.
Он выволок Колю из ресторана и довел до дома четыре в Южинском переулке.
Когда парень после объятий и поцелуев скрылся в подъезде, Стас точно знал, что ночует он у Нинки Шубиной, дамы в районе весьма известной. Она постоянно сдавала комнату залетным деловым.
Сидя в пустом дворе, Стас вспоминал прошедший вечер и думал, как ему поступить.
Конечно, если бы Коля привез паленые доски или картинки краденые, он бы не задумываясь толкнул бы их залетным покупателям.
Но контейнер из воинской части!.. Нет, пора в дело вступать агенту Медведеву.
Сергей Никольский
С каждым днем счастливое отпускное время уменьшалось, как шагреневая кожа. Жаль, что все театры на гастроли разъехались, а у него на территории Ленком, Ермоловский и драматический имени Станиславского, а то бы приобщился к культуре.
Приятель из речной милиции устроил ему чудную поездку на пароходе до Ярославля. Пароходик был маленький, обслуживал так называемые местные линии, плыл медленно, подолгу стоял у деревянных пристаней в крошечных городках и поселках.