Я часто думал написать об этом. Возможно, где-то, пусть во Владивостоке, кто-то с фронта привез этот «намбу». Потом его путь непредсказуем.
— А глушитель?
— Вспомни ростовское дело. Там не только пистолеты, самодельные автоматы с глушителем были. Это пусть не смущает тебя. Но тем не менее отработай линию оружия.
На столе загудел телефон.
— Иди, Наумов, докладывай мне ежедневно.
— Как с машиной?
— Круглосуточно в распоряжении твоей группы. В кабинете Наумова ждал эксперт.
— Вот, дорогой Олег Сергеевич, заключение баллистов.
В кабинет вошел Борис Прохоров.
— Прибыл в ваше распоряжение, — шутливо поднес он к голове руку.
— Ты с делом знаком? — спросил Олег.
— Вообще да.
— Тогда ты занимаешься поисками пистолета. Пиши запросы. Нам нужны все дела, связанные с незаконным ввозом оружия и хищением иностранных пистолетов.
— За какой период? — спокойно спросил Прохоров.
— Последние десять лет.
— Хорошо.
Прохоров вышел. Он, как всегда, был абсолютно спокоен. Поэтому Наумов и не любил работать с ним. Его раздражало хладнокровие Бориса, подчас граничащее с равнодушием.
— Сытин, как с машиной?
— Пять минут назад докладывали, пока не объявлялась.
— Где бумаги Бурмина?
— У меня в комнате.
— Принеси.
Олег снял пиджак, расстегнул наплечный ремень, положил пистолет с кобурой в сейф. Он прилично намял бок сегодня. Хуже нет, когда в жару таскаешь эту штуку.
Вошел Леня Сытин и положил на стол два бумажных опечатанных мешка, с содержимым которых ему поручил ознакомиться следователь.
— Олег Сергеевич, следователь прокуратуры просил все это ему вернуть. А это — постановление на арест Коробкова, — протянул Леня тоненькую папку.
— А он думает, я бумаги Бурмина на аукционе в Лондоне продам?
— Да нет, говорит, хочет их систематизировать.
— Делать ему нечего. Пусть лучше протоколы да поручения пишет.
— Это вы ему скажите. Зазвонил телефон.
— Наумов… Да… Да, — Олег закрыл трубку рукой, — легок на помине.
— Следователь? — удивился Леня.
Олег кивнул, продолжая слушать и односложно отвечать. Потом он попрощался и положил трубку.
— Занудный мужик. Но все излагает по делу.
— Я у ребят о нем спрашивал, — Леня сел к столу, — говорят, толковый мужик. Можно я помогу вам бумаги разбирать?
— Ты не обидишься, Леня, если я это сделаю один?
— Конечно нет.