Через десять минут поляна взорвалась гомерическим хохотом – вернувшийся Степка узнал, о чем мы беседуем. Правда, смех быстро стих, когда до Степана дошло, что у него теперь два инструктора.
Прыгая с кочки на кочку, я спускался с холма, на котором проходил сеанс связи. Новости не радовали: к нам ехала мама. То, что ехала, это, конечно, хорошо, но она тащила на хвосте шестерых боевиков. Об этом сказал дядя Женя, он сегодня был на связи. Проблема не в том, что она узнала, где мы находимся, и ехала сюда, а в том, что не сразу вычислили слежку.
У дяди Жени были знакомые на железнодорожной станции, где мы познакомились с Толиком, бывшие поисковики. Мы их привлекали к работе, и по просьбе отца они встретили маму. А так как на этом перроне сошло всего десяток человек, то засечь «черных» труда не составило.
Группу поддержки выслать просто не было времени, вот дядя Женя и попросил меня встретить маму и их. А что? За две недели, что минули с момента нашего приезда, курс молодого бойца прошел не только Степка, но и Толик.
Пробежав через сосновый бор и обогнув небольшое болотце с зеленой ряской по краям, я через два километра легкой трусцой добрался до лагеря.
Степка в новом, но уже обтертом камуфляже замер в стойке. Пистолет в его вытянутой руке дрожал, показывая, что он стоит довольно продолжительное время, минут десять, не меньше.
– Внимание, боевая тревога!
Парни сорвались с места и, подхватив оружие, встали навытяжку у палатки. Толик прошел уже все проверки, и про него можно было сказать, что он наш парень. Одна только шагистика и устав повисли на нем. Ничего, справлялся: Степка уже вполне был адекватным, знал, что и как отвечать.
Оружие выдал Толику я, под свою ответственность, можно сказать, показал доверие с нашей стороны.