Он в Афгане в уничтожении патруля амеров отличился. Где-то года два назад. Среди своих широко известен.
– Понятно. Что думаешь, следует их ждать?
– Уверен. Они же несколько версий разрабатывали, а тут столько народу пропало. След.
– Причем яркий, – согласно кивнул Степка.
Толик больше молчал, но с интересом слушал. Он же первым подал голос, как только крыша уазика скрылась под водой:
– Можно ехать.
– Ага, едем. Думаю, через неделю, пока определятся, можно будет ждать «черных» в гости. И не только их, след яркий, сюда и федералы с ментами нагрянуть могут.
– Да эти правозащитники только за деньги вой поднимают.
– Не любишь ты их, – хмыкнул я, солидарно кивнув на слова Степки.
– А кто их любит?! – удивился он.
– Ну… э-э-э… – задумался я.
– «Ну» и «э» не считаются, – насмешливо хохотнул Степка. – Как я уже говорил, они чуждый для нас элемент, насаждаемый Западом. Больно уж власти им много дали.
– Да плюнь на них, собака лает – ветер носит, – отмахнулся я, продолжив: – Возвращаемся в лагерь, переодеваемся в цивильное, и в деревню, надо с мамой встретиться. Успокоить.
– Больно уж она рванула к нам быстро. Батя твой не успел остановить.
– Да он ее хотел во Францию отправить, не поехала, а тут, как назло, его в городе не было.
– Или сперва всех родственников обзвонила.
– Ты чего, забыл? Обо мне мало кто знает.
Доехали мы без проблем. Пока парни разгружали машину, я сбегал на «холм связи» и отзвонился отцу.
– Привет. Все нормально, гостей встретили, подарков привезли кучу, очень рады. Сейчас к маме.
– Молодцы. Ждите нас. Будем через два дня, потом идем «гулять».