Посчитал, что ты не увидишь в этом проблемы, но не дотукал, что ты только и ждешь момента, чтобы от него свалить. Конечно, неосознанно. Многие наши поступки кажутся осознанными, но это не так, особенно когда они касаются взаимоотношений с близкими людьми. Забавно, да?
— Проваливай.
Встает, обходит стол и, оказавшись за моей спиной, наклоняется и шепчет:
— И ты об этом сама сказала, Вита. Я лишь немного перефразировал и внес ясность в твои слова. И да, ты все же хочешь вновь полюбить, — его дыхание касается моей шее и расползается мурашками по коже, — и у тебя будет две кандидатуры.
— Уходи, — тяжело сглатываю кислую и вязкую слюну.
— Но да, ты права. Надо тебе немного на воле побыть, — его губы в миллиметре от моего уха, — золотая клетка и все такое…
Отступает и шагает к спящему Артуру:
— Пошли, Артур Борисович, — толкает его, поднимает и тащит к двери. — Нам тут не рады. Твоя жена…
— Богиня, — невнятно отзывается Артур.
— А богини долго гневаются, — смеется Илья и выволакивает Артура в коридор.
Дверь бесшумно закрывается, и я в ярости смахиваю журавликов на пол, а после и вовсе стол переворачиваю. С криком. Сползаю со стула на пол и прижимаю кулаки к вискам, в которых пульсирует вскипяченная гневом кровь.
Глава 32. Мне этого мало, Витаминка
Два месяца спустя…
— Сеть клиник Вива переживают не лучшие времена, — вещает симпатичная корреспондентка с экрана телевизора над стойкой, — филиалы закрыты, персонал уволен.
— Так и знала, что в этих крутых клиниках что-то нечисто, — фыркает Надежда и важно подбоченивается.
— Владелец сети клиник обвиняется в производстве, сбыте наркотических средств в особо крупных размерах.
— Вот сволочь, — качает головой Надежда.
— Службой по борьбе с наркотиками были вскрыты несколько лабораторий в подвальных помещениях, что принадлежат клинике Вива.
Переключаю новостной канал на музыкальный. Я могу поверить, что Дима занимался подобной преступной деятельностью, но тут мог кое-кто подсуетиться и организовать громкую подставу.
— Так-так-так, — кокетливо шепчет Надежда, — твой заявился."
"Оглядываюсь. В дверь забегаловки, в которой я работаю официанткой, заходит Артур. С царской величественностью и неторопливостью. Темно-серый костюм-тройка из тонкой шерсти, белая рубашка и бордовый галстук. Гладко-выбрит, волосы уложены по косому пробору, а на лице легкая улыбка.
— Доброе утро.