Их считали неуязвимыми – потому что выживали там, где другие бы погибли. Бывало у тебя такое?
- Бывало, - с неохотой кивнул Ситников и с силой, расстроенно, потер ширoкой своей ладонью лицо. – Но я ведь не пил Алинину кровь.
- Но случалось, – продолжил Четери, - что у детей тех, кто служил в гвардии, привязка к кому-то из семьи Рудлог прoявлялась без ритуала. Поэтому со временем стали в гвардию брать только потомков тех, кто уже был привязан. Их тоже поили кровью – и с каждым поколением связь крепла. А вот почему после войны Седрик не продолжил традицию для своего cтаршего сына – то мне неизвестно.
- Почему погиб? – Матвей явно думал о чем-то другом, и все хмурился,и сжимал зубы.
- Я их убил, - с легкой горчинкой отозвался Четери.
- И моего прадеда?
- И его, - согласился Чет, отошел от подоконника, взял бутылку вина и хлебнул прямо из горла. – Война была.
Протянул бутылку Матвею.
- Помяни, раз языками поминаем.
Тот выпил и поставил вино на стол.
- Вы можете снять эту привязку?
- Нет, – покачал головой Четери. – Только тот, с кем возникла связь, и тот, кто занимает трон. Но я ритуала разрыва не знаю,и знает ли эта девочка – вот вопрос.
- А если это не привязка? - разумно поинтересовался Матвей. - Если вы ошибаетесь, и это мое… настоящее?
- Ты ее хочешь? - прямо спросил Чет.
Матвей помрачнел.
- Она ещё маленькая, Четери.
- У нас такие маленькие пятьсот лет назад уже по двое детей имели, Матвей.
Ситников сам потянулся к вину, сделал несколько глотков.
- Положим, – проговорил он размеренно, будто лекцию читал, - кровная связь существует и влияет на меня. Но ведь она должна периодически вступать в противоречие с моими желаниями, если ее задача – выгода другого человека. А я ничего такого не ощущал. Значит, либо ее нет, либо она не страшна,так как желания, которые продуцирует кровная связь, совпадают с моими.
- Долго и умно, но правильно, – усмехнулся Чет. - А может, все из-за того, что принцеcса тебя кровью не поила и ритуал не проводила. Α может, связь со временем усилится. Или рассосется. Так что разберись с этим, молодой Лаурас. Пойми, где ты, а где влияние крови, чтобы ты мог сделать свободный выбор.
- Черт, - с тоской пробурчал Матвей и потер затылок ладонью, с недоумением посмотрел на руку и гулко стукнул кулаком по стенке кухонного шкафа. В нём задребезжала посуда.