Если я захочу, то сделаю так…
Вдруг меня пронзила боль, болела буквально каждая клеточка тела, но я продолжал стоять не корчась. Тело было парализовано, хотя внутренне я скрючился от боли, как и остальные несчастные. Наконец, боль начала понемногу стихать, и я прислушался к тому, что продолжил говорить Моак:
– …последует дисциплинарное наказание. Всем всё ясно? – скучающе спросил он, после чего махнул рукой в сторону грузовой аппарели. – Грузитесь на борт.
«Урод, а то, что можно выкупиться, ни хрена не сказал», – пытался я вызвать в себе злость и ненависть, но их не было.
Причина была в том, что ещё два месяца назад мне установили имплант подчинения, симбиот, который присосался к нейросети и теперь работал вместе с ней. Этим имплантом пользовались всего два раза. И оба раза мне это жутко не понравилось. В первый раз, когда его установили и активировали, проверяя на работоспособность. Второй раз сейчас. Обычно он работал в фоновом режиме. Установки были стандартные, не бежать, не убивать охрану и не совершать самоубийство.
Те же охранники, что доставили нас на планету, конечно, скотины были ещё те, но импланты они не использовали, предпочитая простые шоковые дубинки, которыми пользовались просто виртуозно.
Попытался вызвать в себе злость на империю и не смог, а ненавидел я её люто. Ведь теперь я был не только рабом, но и нищим.
Тогда, после предательства особистов эскадры рейдеров, которые сдали шесть кораблей подошедшим люмерцам, выторговав себе свободу и откупные, я попал в руки специального отдела флота люмерцев, и меня под пытками заставили дать доступ к личному счёту в банке Содружества и лично перевести все наличные средства на их счёт.
В данный момент чувств и эмоций не было, Моак с помощью импланта просто выключил их. Более того, от одной мысли нанести ему увечья меня просто парализовало и скрутило от внутренней боли.
Что случилось с нами, было понятно, – в импланте была активирована программа по полному подчинению новому хозяину.