Космический скиталец

Меня тут же скрутила волна боли, и я расслышал злое шипение второго:

– Когда ты разговариваешь с вольными, раб, ты должен встать на колени и спрашивать разрешение.

– Я расскажу сотрудникам «Гикона» о вашем обращении со мной, – простонал я, пытаясь сесть на койку, с которой свалился, но мышцы отказали, и я снова свалился на пол. – Думаю, вы лишитесь изрядной доли премии. Они с удовольствием воспользуются такой возможностью.

– Он прав, Ингар, – сказал капитан и, направившись к выходу, обернулся, чтобы ответить на вопрос.

 – На Люмии мы будем через восемнадцать дней. Пять прыжков. Но не надейся, что информация тебе пригодится, шансов сбежать у тебя нет. Мы не идиоты из «Гикона», к тому же, даже если сбежишь, по нас это никак не ударит, в отличие от того сотрудника, что тебя упустил… Моак, кажется? На него навесили долг почти в двести тысяч кредитов, именно за такую сумму ты был куплен, и он в данный момент её отрабатывает, а когда мы тебя вернём, его долг увеличится до семисот тысяч. Премию «Гикон» нам выплатит за тебя из своих средств, а покрывать затраты будет Моак. Я слышал, он уже пытался выброситься из окна своего кабинета, поэтому его перевели в подвал и установили контроль. Этот Моак будет выплачивать долг за тебя полсотни лет, с гарантией.

– Как мне его жаль, – криво усмехнувшись, ответил я, однако отчётливо было понятно, что в моём голосе жалости не было ни на грамм. – Дверь закройте с той стороны, дует.

Охотники за головами никак не отреагировали на хамство и спокойно вышли из камеры, оставив меня в одиночестве.

Я размял пальцами ноющие мышцы, работа ошейника – это не то же самое, что деликатное вмешательство импланта подчинения, который работает тоньше и почти без боли. Тут же по мне хорошо прошлись электроразрядом.

Так вот, немного помассировав мышцы, я сел на койку и завалился на неё, положив под голову валик подушки.

Мысли были нерадостные, как у моряков, увидевших землю после долгих недель плавания через бури, штили и другие несчастья и затонувших в паре шагов от берега.

Чувства те же. Но ругай себя не ругай, а сделанного не воротишь, историю не повернёшь назад. Заметку я себе сделал, какой-никакой, а опыт на будущее, во второй раз меня так легко не возьмёшь, но нужно думать, как выбраться из этой клоаки."

"Ошейник экранирует нейроизлучение, поэтому я не смогу действовать нейросетью дистанционно, только при прямом контакте, но в каюте нет никаких сетевых выходов, так что нужно думать, как покинуть каюту, а при возможности и корабль.