Я прекрасно вижу с помощью сканера, что корабль идёт к нам скрытно, под полем невидимости, их выдают выхлопы форсажа разгонных двигателей. Чуть позже станет ясно, что это за корабль и что ему нужно… Лучше давайте закончим наш разговор.
– Но если он мощнее нас, то сейчас у нас есть шанс отступить.
– Сбежать, вы хотите сказать? Вы всё-таки действительно подготовлены больше к высадкам на планеты, чем к бою. Этот спутник, в тени которого мы стоим, как буфер между нами, и даже если нас обнаружат, мы сможем крутиться вокруг него сколько угодно, не подставляясь под выстрелы.
– А если он не один?
– Да, тогда придётся кисло. Докладывайте, лейтенант, что у вас по арсеналу.
– Как я уже говорил, большая часть там нелетального действия. Даже есть стационарный ошеломитель для установки на боевую платформу, можно использовать его в обороне. Много лёгкого ручного нелетального оружия, гражданских шокеров, полицейских и армейских, что не прошли конверсию. Боеприпасы для игольников в основном состоят из сонных игл и ещё каких-то, с незнакомой маркировкой, – взводный мельком посмотрел, как я машинально почесал шею, на месте комариного укуса.
– Я проверю и, если есть возможность, обновлю, – кивнул я.
Одновременно выслушивая доклад лейтенанта, я частью своего сознания находился в рубке, более того, можно сказать, что я сам был рубкой. Неизвестному кораблю добираться до спутника ещё не менее двадцати минут. Время есть, если потребуется сбежать, но искин уже подсчитал по траектории движения неизвестного, что тот пройдёт далеко от нас. Он явно шёл за спутник, а не прямо на нас, как перед этим сообщил искин, что заметно успокаивало. Наш затихший и неподвижный крейсер трудно вот так сразу заметить, тем более нас прикрывали, создавая помехи, кольца спутника, состоявшие из радиоактивных обломков.