Космический скиталец

Чёрт его знает, сколько этот челнок тут простоит, может, через пару часов пилот вернётся? Доступа к местной административной сети у меня не было, а если пользоваться той, что была подключена к компу челнока, это показать всем, что почему-то пустой челнок интересуется информацией о себе. Сразу местная СБ нагрянет. Это не звоночек – это будильник. Так что, если пилот вернётся, придётся прятаться в реакторном отсеке. В принципе, потерпеть можно, челнок приписан именно к этой станции, и меня особо не волновало, что он будет курсировать по системе, главное, чтобы возвращался на эту боевую станцию и я узнал, добрался ли дешифратор и взломал ли хоть один искин.

Если да, они сами выйдут на меня, по специальному лучу, настроенному на мою нейросеть, и подтвердят смену хозяина. Дешифратор ведь не только взламывал пароли владельца, но и внедрял потом мои установочные программы, и искины, не прекращая основных работ, чтобы не насторожить персонал, будут держать ещё связь со мной и обо всём докладывать. Пофиг, что они био и имеют личность, против программ они и не пикнут. Мне, конечно, пришлось постараться, чтобы написать их для биоискинов, там совсем другие программы управления требуются, но я справился, и они уже были загружены в память дешифратора. Тот знал, что делать, приказ получен, и он начал работу, а мне осталось скрестить пальцы и ждать результата. Наступило самое сложное время – ждать. К сожалению, это была единственная возможность взять под контроль станцию, другого шанса не будет. Это не пятое или тем более четвёртое поколение, девятое. Очень сложная работа даже для меня, хотя я этот тип станции знал лучше своих папиллярных узоров на пальцах. Хм, кстати, а как они выглядят?

В челноке мне пришлось посидеть тридцать семь часов, пока не прибыл пилот и не вылетел с двумя пассажирами в сторону малой грузовой станции. Так как она висела на противоположной стороне планеты, путь занял продолжительное время, и я успел затечь в позе скрюченного дедушки, пока, наконец, мы не прибыли на место и я, кряхтя, не выбрался в пустой салон.

Челнок тут простоит час, как я понял из переговоров пилота с диспетчером, этим я решил воспользоваться для того, чтобы размяться.

Видимо, в этом месяце челнок стал дежурным, потому что почти не стоял на палубе и постоянно курсировал между станциями и планетой. За следующие восемь дней я успел одиннадцать раз побывать на планете, четыре на малой грузовой станции и шесть на средней, двадцать два раза возвращаясь на боевую.