– В этой сумке тяжёлые армейские бластеры, четыре единицы с зарядными модулями, там же ручные гранаты, – положил я сумку на пол. – В этом бауле игольники и боезапас. Вооружайтесь. Гин, командуй.
– Сержант, – обратился Гин к одному из гвардейцев. – Ты у нас в прошлом штурмовик, облачайся в костюм, бери один из бластеров. Формируй передовую группу с тяжёлым вооружением.
Конфедерат тоже вооружился игольником и стал выкрикивать своих знакомых, заглядывая в камеры, однако открыл я только одну, где сидел Гин с бойцами.
– Какой план? – спросил у меня майор, мельком посмотрев, как сержант с другим гвардейцем вытряхнули охранника из костюма и свернули ему шею. Сам сержант тут же стал надевать костюм, приведённый к бою бластер уже был прислонён к стене. Застегнуть костюм и надеть шлем ему мешал ошейник, а так всё было в норме.
– Насчёт того, как покинуть планету и саму систему, уже продумано и подготовлено, насчёт этого не волнуйся. Проблема только в одном, уйти нужно тихо, а если пойдём все вместе, поднимется тревога.
– Правильное решение, командир, – широко улыбнулся Гин.
– Бери командование всем этим сбродом.
– Нужно сперва наших выпустить, вооружить, а потом уже можно и поговорить с оставшимися парнями, – подумав, ответил Гин.
Майора не особо волновало, что нас слушали из соседних камер и передавали остальным, он уже принял решение и окидывал уверенным взглядом клетки.
Мы стали обходить камеры, и я по указанию Гина открывал клетки, но выходили только наши. О том, что чуть позже мы выпустим и остальных, все уже знали и реагировали на нашу работу довольно спокойно, только провожали глазами, полными надежды. Постепенно освобождённых гвардейцев и флотских с «Эритана» в коридоре становилось всё больше и больше.