Легко допустить, что умный муж не так уж поверил ее на скорую руку сварганенным объяснениям, что-то заподозрил, выставил какие-то условия… Теперь, используя меня наполовину втемную, она пытается найти выход из сложившейся ситуации… Ирка, а что ты сама-то думаешь?
– Она, как Любаша… – пробормотала Ирка, откровенно засыпая.
– Что – Любаша?! – хором удивились мы со Светкой.
– Хочет, чтобы ты пошла в милицию, – с трудом шевеля губами, сказала Ирка. – И мужа сдала. Она сама не может, он же бандит, он их раньше кончит.
– Блеск! – воскликнула Ленка. – Ирка, не спи – замерзнешь! Тебе с Анджей напополам надо детективы писать. Ты будешь сюжет придумывать, а Анджа – литературную часть, у нее слог хороший. Заработаете славу и деньги…
– Не-а, я не могу детективы, у меня балансы… – неразборчиво пробормотала Ирка.
– В девятнадцатом веке из Иры получился бы неплохой медиум, – заметила Любаша. – Глупость все это – то, чем мы здесь с твоей, Анджа, подачи занимаемся…
Однако, про милицию не сказала. Проняло, значит.
– Точно, глупость! – подтвердила Светка. – Расследования какие-то. Это у нас, как Анджа говорит, от недолюбленности. Хочется же, женщины, совсем другого…
– Любви? – предположила я. – Водки? Или секса?
– Понимания, – строго сказала Любаша.
– Надежности и опоры, – шевельнув в полусне губами, влезла Ирка.
– А мне, когда фиброму вырезали, заодно и все остальное удалили, – безмятежно сказала Ленка. – Для профилактики онкологии. Поэтому ничего не хочется и живу спокойно.
Глава 8. Вадим
– Анжелика Андреевна, он засмеялся и я его пустила. Как вы велели, – сказала Дашка и протяжно шмыгнула носом. – Он теперь под вешалкой сидит, ждет, когда вы его примете.
Недавно на улице похолодало прямо в течении дня.
– Что-о? – по утрам рядовая иррациональность бытия иногда застает меня врасплох.