Но потом мох зашевелился, и, одна за другой, из него полезли круглые белесые шляпки. Поганки! У Карины захватило дух. Грибы, матово-белые, как вареные яйца, росли на глазах, поднимались надо мхом целыми семействами; шляпки раскрывались, как крошечные зонтики, задирая к луне бахромчатые края, демонстрируя синеватые пластины подкладки и постепенно наливаясь фосфорическим свечением. В воздухе запахло грибами и плесенью.
Карине показалось, что тело огра стало меньше. Запах плесени усиливался, становился гнилостным, неприятным.
Когда от тролля осталась одна пустая шкурка, через пару минут тоже всосавшаяся в мох, поганки потускнели, а мерзкий запах тления и грибов развеялся.
– Вот так она и действует, – сказал Ротгар. – Но когда в круг попадет живой огр, будет еще забавнее!
У Карины дрожали руки.
– А зачем он туда полезет? – спросила она. – Огры, конечно, тупы, но не настолько же!
– Полезет, не сомневайся, – высокомерно ответил Ротгар. – Ведь внутри круга буду стоять я.
– А тебе круг не повредит?
– Мне – нет. Ни мне, ни тебе, ни даже какому-нибудь человечку, который окажется настолько глуп, чтобы забрести на эту полянку. Это ловушка на огра и только на огра.
– Надеешься, что Охотник не заподозрит неладное?
– Охотник, может, и заподозрит. Но когда он увидит меня, его умишко совсем отупеет. Кроме того, с ним будет Хищник. А у этой зверюги вообще ума нет, один голый инстинкт. Увидел сида – хватай и жри.
Ротгар хихикнул.
– А теперь угадай, как поступит наш сострадательный Охотник, увидев, что на его глазах погибает не глупый человечек, а его собственный братец?
– Братец? – изумилась Карина. – Какой братец?
– Огр-хищник.
Ротгар с гордостью осмотрел полянку. Поганки тлели, как угли почти погасшего костра. Карина подумала, что это идеально ровное светящееся кольцо по-своему даже красиво – этакое ожерелье из фосфоресцирующих камней.