А порожденная глубинным желанием могучая сила, наполнявшая его брата, не позволила ему увидеть, что возлег с ним не юный Туат’ха’Данаанн, а баньши, тоскующий призрак, заплутавший между мирами.
Ты ведь знаешь баньши, Малышка, знаешь, как опасен он? Особенно для вас, людей?
Хрупкая бледнокожая девушка, сидящая на черных простынях, поджав стройные ножки, чуть помедлив, кивнула.
– Но для Туат’ха’Данаанн баньши тоже опасен, – продолжал Ротгар. – Только сила Туат’ха’Данаанн может на краткое время вернуть баньши в этот мир.
– Но ведь брат любил его, – сказала девушка.
Первые слова, которые она произнесла с тех пор, как открылась дверь в ее спальню.
– Брат любил его. Разве он не помог бы возлюбленному уйти?
Ротгар негромко рассмеялся.
– Никогда, – ответил он. – Зачем? Зачем отдавать, если ничего не получишь взамен? Но не перебивай меня больше, – строго произнес он.
Девушка кивнула. И Ротгар продолжил свою историю. Впрочем, желание рассказывать у него пропало, поэтому он закончил ее быстро:"
"– Итак, наш Туат’ха’Данаанн возлег с баньши, и тот выпил его силу. Выпил и ушел. И когда призрак исчез, Туат’ха’Данаанн понял, что это был баньши. А потом пришли огры. И растерзали обманутого брата. Ты плачешь, – сказал Ротгар, заметив слезы на щеках девушки.
Ротгар протянул к ней руки, но девушка подалась назад, уклоняясь от его объятий.
Но Ротгар поймал ее за плечи и опрокинул навзничь.
– Ты – моя, – произнес он повелительно. – Ты больше, чем моя… – Его ладонь легла на живот девушки и ощутила внутри жадную пустоту.
* * *Карина сидела в фойе на третьем этаже отеля и курила, глядя в окно. Снаружи было темно, по стеклу стучали капли дождя. В окне отражались стеклянный журнальный столик на металлических ножках, на нем – пепельница, россыпь рекламных журналов – и сама Карина. В фойе было совсем тихо и пусто, лифты стояли на первом этаже. Неудивительно – во втором часу ночи.