Все с удивлением таращатся в сторону Морока.
– Прямо всё-всё? – недоверчиво тянет Кирилл.
– Хватит на меня так смотреть, будто я сделал её своей прислугой, – фыркает Аарон, отпивая алкоголь из своей кружки.
– А так тоже можно? Заставить прибраться, еду приготовить или даже поцеловать? – раскрывает рот от удивления Марк.
– Ещё пара таких вопросов, и если получишь пощёчину от Агаты, знай, что это я её заставил, – усмехается Аарон, а Марк с опаской отодвигается на пару сантиметров от меня подальше.
– Как эта связь работает? Вы чувствуете друг друга? – Михаил делает несколько больших глотков, но его взгляд переходит с меня на Аарона и обратно.
– Агата ничего не чувствует, – поясняет Морок. – Я, если обращаю внимание, ощущаю просто нить, что нас связывает. При желании могу определить, где она или в каком направлении пошла.
– А если так? – Марк внезапно болезненно щиплет мне кожу на запястье.
– Ай!
Рефлексы срабатывают быстрее, чем я анализирую. Моя ладонь, которая должна была дать ему затрещину, пролетает в сантиметре от лица молодого мужчины, потому что он успевает отклониться. Однако все Тени уже подвыпили, и Марк неуклюже заваливается назад. Его падение останавливает Павел, в последний момент хватая друга за рубашку на груди.
– Нет. Я не чувствую то, что чувствует она, – со смешком отвечает Аарон, когда его друг вновь выпрямляется, а я щиплю Марка в ответ.
– Жестокая, – шипит на меня Марк, потирая красный след на руке.
– А ты вообще можешь умереть? – задаёт новый вопрос Кирилл.
– Я могу? – передаю я вопрос Аарону, потому что сама не уверена, как это работает.
– Да, – кивает тот. – После воскрешения Анны мои жизненные силы, которыми ты живёшь, – не бесконечны. Я не могу восстановить серьёзные повреждения тела.
– Например, мозг? – предлагает Марк.
– Именно.
– А если ранить в сердце? – встревает Павел.
– И сердце.
– А если голову отрубить? – поддерживает Михаил.
– Или сжечь? – заинтересованно добавляет Марк.
Аарон закатывает глаза, делает несколько больших глотков, игнорируя своих людей.
– Вы интересуетесь, как от меня избавиться, когда я вам надоем? – подпираю голову рукой, растягивая губы в мрачной улыбке.