На тумбочке возле кровати стояли пустая бутылка из-под коньяка и пепельница, полная окурков.
– Ну как же так? – воскликнула Аля.
Оля зашевелилась и открыла глаза.
– Что случилось? – сонно и недовольно спросила Оля и посмотрела на часы: – Ого! Ну я и дрыхла!
– Я полчаса звонила, – все еще не в силах успокоиться, почти выкрикнула Аля. – Думала, что-то случилось.
– Что? – усмехнулась Оля. – Что я того, с шестого этажа? Ага, счас, как же! Не дождетесь. – И, нашарив рукой спичечный коробок, закурила, откинувшись на подушку.
Аля встала и распахнула окно.
– Эй, – крикнула Оля, – с ума сошла? Чай, не лето!
Аля сняла пальто и села напротив.
– Значит, так, дорогая! Все это, – она кивнула на тумбочку, где стояла бутылка и пепельница, – не-до-пус-ти-мо! Ты поняла? Ты сама знаешь, чем это может кончиться!
Оля презрительно сощурилась:"
"– Ага, ты еще прочти мне лекцию о женском алкоголизме, который неизлечим. А ты знаешь, что такое боль? Когда хочется кричать, орать в голос, разбить окно! А ваш вонючий анальгин мне как мертвому припарка.
– Дурочка ты, – улыбнулась Аля. – При чем тут жертвенность и детство? Просто я люблю тебя, вот и все. А по поводу этого… – Аля снова кивнула на бутылку. – Этого не будет, поняла? С курением твоим я не борюсь, бесполезно. Но бутылки приносить не буду. А если увижу – все, Олька! Это мое последнее слово. – И постаралась сменить тему: – Так, ты есть собираешься? Я тут кое-что принесла. То, что ты любишь! Или погрею супу? А может, котлетку?
Оля покачала головой.
– Ни суп, ни котлету не буду. Тошнит. А вкусненькое… Мороженое?
– Мороженое как-то не подумала, куплю завтра. Сливки и калорийные булочки, брала еще теплые. Ну что? Будешь?
Пока Оля ела, Аля прошлась по квартире в поисках спиртного.
Нашла запечатанную бутылку сухого, початую лимонной водки и плоскую фляжечку коньяка. Все вылила в унитаз.
Дождавшись, пока Оля уснула, потихоньку оделась и пошла домой.