Асфальт чуть поблескивал свежей изморозью.
Было скользко, и Аля шла медленно, осторожно, чтобы не упасть. Ухаживать за ней будет некому. По дороге зашла в булочную и купила свежий, только привезенный торт «Фруктовое полено». Ба его любила.
Представила, как вечерком да за свежезаваренным чаем сядут на кухне и начнут чаепитие. Одни. Своей семьей. Она и любимая ба. От этих мыслей стало тепло и хорошо. Правда, немного стыдно.
На пороге булочной замешкалась – купить еще один и занести Оле? Нет, в другой раз.
Так все и было. Вечером долго пили чай, говорили о чем-то незначительном, обыденном. Об Оле бабушка не спросила ничего, только хитро улыбнулась, увидев торт:
– Ого! Какое баловство! И что празднуем?
– Ничего. Просто при мне привезли… Вот и все.
– Хоть сегодня поспишь на своей кровати, – заметила бабушка. – Спина-то, наверное, совсем развалилась.
– У меня все нормально, – сухо ответила Аля. – И со спиной в том числе.
А сама подумала: «Счастье! Счастье улечься в свою кровать, счастье зажечь любимый ночник. Счастье почитать любимую книгу. Ну и вообще – счастье! Никто ночью не позовет, не окликнет и не попросит сводить в туалет или принести теплое молоко». А Олю бросать она не собирается, конечно, будет к ней заходить каждый день. Только как же хорошо и спокойно дома, когда они с ба вдвоем!
Зашла в альма-матер и замерла на пороге, глубоко вдохнув родной запах только что протертых паркетных полов, книжной пыли, разгоряченных молодых тел, пота, смешанного с духами, запах волнения, кокетства, даже ненавистный запах тушеной капусты, доносящийся из столовой, – все было родным и близким.
А после занятий полетела как птица, едва не свалившись на тонком и коварном, присыпанном мелким снегом льду.
Сначала к Оле, захватив по дороге свежие румяные калорийки с изюмом, потом в гастрономе купила свежий кефир и пакет сливок – врач сказал, что Оле нужны калории.
Долго звонила в дверь – тишина. Перепугалась так, что сердце рухнуло в пятки. Дрожащими руками достала из портфеля ключи, влетела в квартиру. Оля безмятежно спала.