Аркадий Конокрад заявил, что ему необходимо срочно переговорить с Родионом Алексеевичем. И обязательно сегодня.
Действительно, минут через десять он, слегка запыхавшись, вошел в приемную, держа в руках тонкую серую папку. Но когда Карина заглянула в кабинет Марьянова, чтобы доложить о приходе Конокрада, тот что-то нервно обсуждал по мобильному телефону. Он сердито глянул на нее и отрицательно покачал головой — мол, не могу сейчас, занят.
* * *Накануне вечером Родион в очередной раз вдрызг разругался с Ноной, хотя всячески пытался этого избежать и держался до последнего.
"На следующий день он поймал себя на том, что волнуется, как школьник перед первым свиданием. С пяти часов Родион стал ждать Лениного звонка и сворачивал все другие разговоры по телефону.
А примерно в половине шестого, когда он уже стал нервничать, в очередной раз запиликал мобильник. Марьянов глянул на дисплей — номер не определился. «Кто бы это?» — машинально подумал он, хотя знал, что это может быть кто угодно, любителей шифроваться в стране хватало.
«Может, все-таки Лена?» — понадеялся Марьянов.
— Да! — отрывисто бросил он в трубку.
— Родион, ты?
Услышав этот мягкий, с легкой хрипотцой голос, он откровенно растерялся. Звонила сестра жены, Нателла. С ней у Марьянова за два года сложились далеко не лучшие отношения.
— Привет, привет. Конечно, я. Давно тебя не слышал. Как дела?
— Ты бы меня еще долго не услышал, — взволнованно заговорила Нателла.
— Что у тебя случилось? — насупился Родион, зная взбалмошный характер жениной сестрицы и ее способность ввязываться во всякие авантюры.
— Не у меня — у тебя. Точнее — у нас с тобой.
— Этого еще не хватало. Что ты имеешь в виду? Вообще — о чем ты?
— С Ноной совсем плохо. Я могу потерять сестру, а ты — жену. Ты хочешь потерять жену?
— В общем-то, нет.