— Мысли Родиона заметались, как летучие мыши, вспугнутые спелеологами. — А что случилось?
— Слушай, такой кошмар! Я была дома, когда Нонка позвонила и сказала, что она на даче, у нее жуткая депрессия, ты ее разлюбил, она больше не хочет жить и желает со мной попрощаться. Я, конечно, хватаю такси и еду на эту твою дурацкую дачу, хорошо хоть она недалеко. Застаю ее в кошмарном состоянии, еле успокаиваю.
— Как она сейчас? Дай ей трубку!
— Не могу, я заставила ее выпить снотворное, чуть не силой, теперь она спит. Но когда проснется, думаю, примется за старое.
— Вот им точно не надо звонить. Но я сейчас никак…
Марьянов понимал, что с минуты на минуту позвонит Лена. И что ему делать? Да, жена и на расстоянии продолжает портить и осложнять ему жизнь. Но как быть — ведь Нателла права, Нона иногда становится настолько неуправляемой, что готова из принципа действовать себе во вред.
— Родион! — завопила Нателла.
— Слушай, Нателла, давай ты ее к нам домой привезешь. Или к вашим родителям. А я, как освобожусь, подъеду, — цеплялся за соломинку Марьянов, уже понимая, что обречен и никакой Лены он сегодня не увидит.
— Ты что, хочешь на меня все это взвалить? Как я ее повезу домой?! Она спит, а машины с грузчиками здесь у меня нет.
— Еду! — рявкнул Марьянов. Он уже принял решение — сейчас поедет, заберет Нону с дачи и повезет в квартиру родителей. Пусть мать там с ней разбирается, папочка все равно в очередной зарубежной поездке. По дороге он позвонит Лене и, если та согласится, перенесет встречу на более позднее время.
— Какой ты молодец! — обрадовалась Нателла.
— Какого еще курьера? — рассердился Родион.
— Я подумала, что вы с Ноной должны помириться. А на даче ничего подходящего не было, вот я и заказала вино, фрукты и кое-что вкусненькое. Ты же знаешь, как моя дорогая сестрица любит сладости. Представляешь — она просыпается, а ты, как волшебный принц, уже прискакал на своем железном коне и привез ей кучу всего вкусного. Она тебя сразу простит.