Чтобы его выхватить незаметно от хозяина, да ещё суметь применить, нужно быть таким ловкачом, какие не рождаются на свет! И самое главное — не факт, что этот кинжал разрежет волшебные путы. Против магии лучше всего действовать такой же магией… или антимагией.
Роника — вот кто смог бы освободить меня безо всякого труда. Одного её легчайшего прикосновения хватило бы!..
А тем временем Зурбаг поёжился от холода, царившего в храме, и проворчал:
— Хотел бы я поскорее всё сделать и оказаться подальше отсюда! И верно, гиблое место.
Вопрос так и повис в воздухе без ответа.
XI
Я сидела в палатке на тёмно-красном коврике и слышала, как снаружи Гэрхол возится с одной-единственной оставшейся у жрецов мохнатой гнедой лошадкой, кормит и поит её. Закрыв глаза, я обхватила себя руками, покачиваясь взад и вперёд, шепча: «Что ты наделала, Роника, что же ты наделала?»
Нить во мне трепетала, и крепло ощущение того, что я совершила страшную, непоправимую ошибку. Верховная жрица, призванная исполнить свою миссию… Верховная жрица… нет! Просто Роника, глупая девчонка, которая хотела быть счастливой, а ничего не вышло.
"К тому времени, как жрец вернулся в палатку, я уже вскочила и бросилась к выходу. Скорей в деревню, отменить жертвоприношение, спасти Дэйна! Гэрхол поймал меня за руку, потянул за собой на коврик и встал напротив меня на колени.
— Верховная, это ещё драконьи чары не иссякли, это они не дают тебе покоя. Давай поговорим, я успокою тебя, объясню ещё раз, что ты всё правильно сделала.
Слёзы градом хлынули по моим щекам. Я отодвинулась, выставила перед собой ладони, не позволяя Гэрхолу коснуться меня:
— Я предала его, предала! Это я обманула Дэйна, а не он меня, понимаете?! И всё из-за вас!
— Роника. Роника, слушай, — Гэрхол впился глазами в моё лицо, и я замерла.
— Слушай меня, Роника, — шептал Гэрхол, схватив меня за руки и качаясь вместе со мной взад и вперёд. — Дэйнхар будет принесён в жертву богине Фэлани, как он того и заслуживает.