Он мог и умел быть нежным, и я невольно подумала, что лишила какую-то драконессу замечательного супруга.
Впрочем, может, и не лишила. Наша сказка могла закончиться, как ночной кошмар. Где-то были заговорщики, жаждущие драконьей крови; наверное, это они обещали «спасти» меня из Замка-Артефакта. Где-то Инор, наверняка зализавший свои раны, строил очередные коварные планы. Кто знает, может, и ещё откуда-то надвигалась опасность, просто я о ней не знала?
— А вот теперь — спокойной ночи, — Дэйн погладил меня по щеке, и я ответила, скрывшись за дверью:
— Пусть нам снятся только добрые сны…
Раздались его удаляющиеся шаги.
"Какое-то время я стояла, прижавшись спиной к двери, затем двинулась к постели. Мне почудилось, что за окном что-то сверкнуло, но это была молния — всего лишь молния. Начиналась гроза.
XIX
Провожать Дэйна было тяжело. Как назло, дождь лил не переставая, тёмно-серые с голубоватым оттенком тучи заполонили всё небо, и казалось, что оно висит совсем низко над землёй — вот-вот упадёт.
— Возвращайся, — шепнула я Дэйну, крепко обняв его на прощанье. — И будь осторожен. Инор небось злится, как демон! Как бы он не попытался на тебя напасть — с него станется!
— И ты будь осторожна. Ни в коем случае не впускай никого в Замок, — ещё раз, напоследок, предостерёг Дэйн. Отошёл и, не обращая внимания на ветер и хлеставшие сверху косые струи дождя, обернулся драконом. Сейчас я смотрела на это не с ужасом, а с восхищением. Всё-таки драконы — прекрасные существа!
— Пойдёмте, волшебница, — раздался у меня за спиной писк Эллейн.
Я прислушалась к свисту ветра и дробному стуку дождевых капель за дверью, пожала плечами и повернулась к Эллейн:
— Теперь нам остаётся только ждать.
— С удовольствием! — мышь-смотрительница отвесила мне короткий поклон.
Как я и ожидала, большинство комнат оказались пустыми и затянутыми паутиной. Запертые двери я открывала одним прикосновением руки, и сейчас Замок не возражал мне. Дэйн велел ему слушаться меня, как хозяйку, на то время, пока настоящий хозяин занят своими делами в небесном дворце.