Дина чувствовала, что не выспалась. И какую хрень вколол ей этот странный парень Эдик? Вот уж кто с приветом, по крайней мере, юмор у него был достаточно специфический.
Эдик сказал, что она сутки проспит, а на самом деле Динка вообще не могла уснуть. Лежала, таращилась в темный потолок и заснула под самое утро. И проспала максимум часа три.
В прошлый раз она точно в сон провалилась, и вообще Максим все делает лучше, даже целуется…
Она чуть кофе не подавилась. Хорошо, что это всего лишь мысли.
* * *Днем делать было совершенно нечего.
Вечером раздался звонок. Это не мама, с ней они как раз долго разговаривали днем, и Динка тихо радовалась, что та не может видеть ее сейчас с рассеченной бровью. С другой стороны, была бы мама дома, Тимур не смог бы ее поцеловать. И дался ей этот поцелуй…"
"В трубке было тихо, но все же, казалось, она слышит дыхание – осторожное, затаенное.
В новостях теперь каждый день сообщалось то об одной личности, почившей в бозе, то о другой, а то и о нескольких сразу. Криминальных и не совсем. По этому поводу даже целую передачу сняли на местном телевидении.
Один журналист называл это борьбой между кланами, другой – переделом сфер влияния криминальных группировок, третий – просто бандитскими разборками, но суть не менялась.
А вечерами телефонный звонок снова разрывал тишину. Динка прижималась к трубке щекой и закрывала глаза, надеясь, что в этот раз они помолчат чуточку дольше.
Когда Дина услышала в вечерних новостях, что на бизнесмена Максима Георгиевича Домина было предпринято покушение, с ней чуть истерика не случилась. Она трясущимися руками набирала номера Ворона, Тимура и даже Максима, но все они были недоступны.
Зато из сюжета Динка узнала, что Максим Георгиевич является меценатом одного из городских театров и учредителем какого-то невероятно благотворительного фонда, что в другое время ее наверняка бы порадовало. А сейчас было абсолютно наплевать. Мозг обжигали слова, сказанные Вороном: «Если его убьют, как ты сможешь жить с тем, что вы даже не попрощались?»
Телефон зазвонил.