Тимур и его команда вчера любезно доставили ее домой, в пятый раз вежливо, но твердо отказавшись ехать за «Мартини».
– Ну мы вчера и зажгли, – просипела она в трубку. Немудрено, так орать песни. Динка и сама хрипела. – Все, с сегодняшнего дня бросаем пить. А этот ваш Тимурчик ничего так.
– Он там самый нормальный, – согласилась она с подругой.
– А Максим не звонил?
– Ты что, – искренне удивилась Динка, – я же его послала! Он теперь на меня и смотреть не станет, разве что шею мне свернуть захочет. Он же у нас крутой.
– Дина, может ты ему позвонишь, извинишься? Тебя вчера совсем понесло, – попыталась вразумить ее подруга. – Даже расставаться лучше мирно.
– Еще чего, – возмутилась Динка, – наоборот, все к лучшему. Мы теперь с ним в контрах, и мне можно не ломать голову, как переплюнуть половину местных проституток.
– Может, ты и права. Но ты же не влюбилась в него так, что без него жить не можешь? – с подозрительностью в голосе спросила Наташка.
– Нет, конечно, – соврала Динка.
Наташка в ответ лишь чуть слышно вздохнула в трубку.
А потом позвонила мама, озвучила сумму, необходимую для лечения, и все проблемы с Горцем отошли далеко на задний план. Таких денег у них не предвиделось ни сейчас, ни в обозримом будущем. Мама плакала и говорила, что, наверное, придется продать бабушкину квартиру. А может лучше их с Динкой, поскольку в городке, где жила бабушка, квартиры стоили копейки.
Оставался единственный человек, к которому Динка могла обратиться за помощью.
* * *Динка водила пальцем по кромке блюдца, на котором стояла чашка с давно остывшим кофе. Лешка задумчиво подпирал голову.
– У меня нет таких денег, Диночка, – сказал он наконец. – Скажи, тебе обязательно надо было посылать Горца именно сейчас?
– У него бы я точно не стала просить, Леш, – ответила Динка, продолжая водить пальцем по блюдцу. – Я же не подарить их прошу, а одолжить.
Алексей окинул ее скептическим взглядом.
– У Горца колеса от джипа стоят больше, чем квартира твоей бабушки, если хочешь знать. Ну теперь он, конечно, ничего не даст.
– Попроси Валентина Викторовича, – умоляюще посмотрела на него Динка, – а я тут пожизненно буду работать, но верну. Или мы свою квартиру продадим, а сами туда переберемся, и я верну долг.
– А учеба? – недовольно спросил Леша.