Секретарь старшего принца 8

Я опять содрогаюсь от удовольствия в его руках и чувственно стону. А в голове — очень-очень пусто, как после долгой тяжёлой работы.

Настолько пусто, что я не сразу осознаю причины быстрых судорожных толчков Элора и его стремительного отступления. Только когда под хлопанье крыльев горячее семя изливается мне на спину, я осознаю, что и он получил свою порцию удовольствия.

Спину щекочет очищающим заклинанием. И Элор почти падает на меня, накрывая мои крылья своими. Руками Элор охватывает мои руки под перепонками. Горячо и тяжело дышит мне в шею.

Целует. Облизывает кожу.

— Ри…

— Да? — мои пересохшие от стонов губы едва шевелятся.

— Скажи, что всё у нас получится и всё будет хорошо.

Холодок пробегает по спине и поселяется в животе. Элор крепче сжимает меня, делясь своим жаром. И ждёт ответа.

— Обязательно будет, — шепчу я… потому что в такой момент кощунственно говорить иное.

Глава 40

Истома нежно расслабляет мышцы, мыслей до сих пор нет, а меховые покрывала подо мной и надо мной усиливают изумительную бездумную расслабленность.

Спать бы и спать, раз уж со стола вернулись в кровать, но Элору неймётся: пальцы скользят то по моему бедру, то поглаживают живот, бок или руку. Губы тоже в покое не оставляют: прижимаются к тыльной стороне шеи, за ухом, к плечу.

— М-м, — протестующе постанываю я, скручиваясь калачиком. — Элор, ты меня спать сюда принёс.

— Спи, — с улыбкой в голосе предлагает он, но пальцы продолжают скользить по бедру, хотя теперь делают это почти невесомо.

А выпирающая часть его тела подпирает меня сзади.

— Что ты хочешь? — Я едва сдерживаю зевок.

— Да интересен мне один момент…

— М-м?

— Какой? — Я всё же зеваю.

Тёплые пальцы перебираются на мой живот, замирают над скрытым внутри источником магии.

— Какие ещё мои сны ты видела?

В первый момент удивляюсь, что он не подозревает меня в ментальном воздействии (а то мало ли я, коварная, залезла ему в голову, а потом смогла заблокировать уже образованную ментальную связь избранных, попутно стерев воспоминание о её возникновении), но потом вспоминаю признание Элора в том, что он улавливал отголоски моих кошмаров.

Логично для него предположить, что и я его сны видела, причём благодаря ментализму воспринимала их более чётко.

А уже осознав это всё, понимаю: я постоянно ожидаю от Элора агрессии по поводу моих способностей. Ожидаю настолько сильно, что эмоции возникают прежде осознанных мыслей.

Это как отрава.

— Если дашь мне поспать, — шёпотом отвечаю я, — может быть, расскажу.