Но что взять с казначея и управляющего?
* * *С финансами всё не так плохо, как я ожидала: делом занимается придворный казначей, а он достаточно жаден, чтобы сделать избавление от имущества достаточно выгодным. Ну и цены он задирает такие, что есть шанс получить обратно многое из того, что я морально согласилась продать.
Разговор о деньгах прекрасен: позволяет не уклоняться в слишком личное, понятен… даёт привыкнуть к моей новой роли, освоиться в общении без маски.
Позволяет не задавать неудобных вопросов.
Почти обезличенный разговор нужен, чтобы эмоции меня не раздавили.
Ну и пирожки — ими можно скрадывать неловкое молчание.
Три часа в расчётах и обсуждениях имущества проходят удивительно быстро.
— Уже поздно, — замечаю я.
Я бодра, а вот на Дербене, Толисе и Нае сказывается человеческое происхождение и возраст. Их пожилой возраст. Толис едва сдерживает зевки.
— Да, пожалуй, — соглашается Ная, поглядывая в окно.
Парковые фонари дают много света, но даже со второго этажа можно разглядеть густую черноту неба и отблески звёзд.
"— Наверное… — начинаю я, но Ная поворачивается ко мне.
— Дербен и Толис пусть идут спать, — непререкаемо выдаёт она. — А мы поболтаем о женском. Всё равно у меня бессонница.
Она немного лукавит в том, что касается бессонницы, и не удивительно: придворный целитель Велларр такого непотребства в зоне своей деятельности не потерпит. Но мысль об этом пролетает быстро, а ощущение, что внутри всё сжимается, остаётся: похоже, без основательного разговора о личном не обойтись.
Глава 47
Дербен и Толис безропотно подчиняются Нае. Я, поборов желание нервно стиснуть руки на коленях, остаюсь неподвижно сидеть.
Толис закрывает дверь.
В гостиной становится очень тихо.
Ная пристально в меня вглядывается:
— Девочка моя, ты как?
Она не двигается, ища ответ в моих чертах.
Я обмираю от этого непривычного, почти забытого обращения, столь резко напоминающего о далёких безмятежных днях.
— Не знаю, — признаюсь я.
Сама ситуация почти немыслима!
Взгляд Наи печально тускнеет. Кажется, она скажет: не стоило взваливать всё на себя… ты могла довериться сюзерену. Могла выбрать другой путь, переждать опасный период в безопасности.
Но Ная ничего такого не говорит, не осуждает, а тянется ко мне, берёт за руки:
— Ты справишься, — произносит она нежно и уверенно. — Не мгновенно, возможно, с чьей-нибудь помощью, но ты обязательно справишься.